Книга Шеф с системой. Рецепт победы, страница 146 – Тимофей Афаэль

С другой стороны, за главным столом атмосфера была натянута. Мы все играли свои роли. Князь Святозар был печальным, но покорным вассалом, отпускающим своего лучшего человека по воле сюзерена. Ярослав — верным другом, который с трудом скрывал свою горечь. Я — скромным героем, который с благодарностью принимает великую честь.

А в центре всего этого сидел лже-посол Захар и с самодовольной улыбкой наблюдал за нашим спектаклем. Он был уверен, что держит в руках все нити. Он видел нашу «скорбь», наше «смирение» и упивался своим триумфом.

— Жаль отпускать такого человека, князь, — сказал он Святозару, указывая на меня кубком. — Но державе он нужнее.

— Воля Великого Князя — закон для его верных слуг, — с тяжелым вздохом ответил Святозар, и его игра была безупречна.

Пир закончился, когда за окнами начали сгущаться сумерки. Во дворе уже ждал караван. Факелы, зажженные по периметру, выхватывали из темноты богато украшенную повозку и десяток всадников в доспехах «гвардейцев».

Весь двор был забит народом. Провожали.

Я в последний раз обнялся с Ярославом.

— Береги себя, — прошептал он мне на ухо так, чтобы никто не слышал. — Борислав и его люди будут идти за вами тенью. Жди сигнала.

— Понял, — так же тихо ответил я.

Я подошел к Святозару и низко поклонился.

— Спасибо за все, мой князь.

— Это тебе спасибо, Алексей, — ответил он, и в его голосе прозвучала искренняя боль. — Возвращайся, когда буря утихнет.

Я сел в повозку. Захар, мой «конвоир», удовлетворенно кивнул. Ворота крепости со скрипом отворились, выпуская нас в ночную тьму.

Первые несколько часов пути прошли именно так, как мы планировали. Караван двигался медленно и торжественно — лже-посол явно наслаждался своим триумфом. Я ехал рядом с ним, изображая покорность, а сам считал минуты до назначенного часа, когда охотник должен был превратиться в дичь.

— Знаешь, боярин Веверин, — говорил самозванец, когда мы остановились на привал, — в столице вас ждет блестящее будущее. Великий Князь очень ценит талантливых людей.

— Надеюсь оправдать доверие, — смиренно ответил я.

— Уверен, что оправдаешь, — усмехнулся он. — Такие способности не должны пропадать в провинции.

Его охрана расположилась лагерем, но я заметил — они расслабились. Считали, что опасность позади, а добыча в руках.

Как же они ошибались.

Когда стемнело, я лежал у костра и делал вид, что сплю. На самом деле прислушивался к каждому шороху. Где-то в лесу притаились наши люди, ждали сигнала.

— Эй, ты! — окликнул меня один из стражников. — Спать пора. Завтра рано вставать.

Я кивнул и отправился в свою палатку. Лагерь постепенно затихал. Лже-посол удалился в свою палатку, стражники сменили друг друга на посту. Все шло по плану.

Внезапно из темноты леса донесся протяжный волчий вой — условный сигнал. Я напрягся, готовясь к действию.

Потом все случилось очень быстро.

Из чащи с дикими криками выскочили всадники в темных плащах. Факелы в их руках освещали лица, намазанные сажей — настоящие разбойники, ничего не скажешь.

— Нападение! — заорал дежурный стражник.

Лагерь взорвался суматохой. Люди лже-посла хватались за оружие, но нападавшие действовали слаженно и беспощадно. В самый разгар этого срежиссированного хаоса полог моей повозки откинулся.

— Пора, боярин, — сказал Борислав, одетый так же, как и остальные «разбойники».