Книга Шеф с системой. Гамбит повара, страница 59 – Тимофей Афаэль

Ратибор и Ярослав, не говоря ни слова, кивнули и вышли.

— А твоя задача, Алексей? — повернулся ко мне управляющий. — Что придумал?

— Моя задача — изучить этот яд, — ответил я твердо. — Я возвращаюсь на свою кухню. Мне нужна та вода из ведра и чтобы меня никто не беспокоил.

— Делай, Алексей, — серьезно кивнул управляющий. — Каждая минута на счету.

Вернувшись в свое святилище, я поставил на каменный стол ведро с отравленной водой. Зачерпнул немного ядовитой жидкости в чистую глиняную миску. Теперь мой улучшенный до четвертого уровня [Анализ Ингредиентов] должен показать всю свою мощь.

Прикоснувшись к воде, закрыл глаза, направляя всю свою ментальную энергию на одно действие. Я «вскрывал» токсин своим навыком, как скальпелем.

Интерфейс Системы развернулся передо мной, но он был иным. Это была не просто таблица свойств, а сложная, многоуровневая схема.

[Анализ сложного соединения «Болотная Смерть»…]

[…Деконструкция…]

[Основа: Концентрированная вытяжка из ядовитого растения «Тиноцвет» (нейротоксин слабого действия)]

[Катализатор: Соли тяжелых металлов (ртуть, свинец) в малой дозе, из болотных рудников]

[Стабилизатор: Смола «сон-травы» (угнетает ЦНС)]

Я смотрел на эту формулу, и у меня по спине пробежал холодок. Враг приготовил не просто варево из ядовитых трав, а сложный, алхимический состав, созданный со знанием дела, чтобы медленно и неотвратимо убивать.

Но теперь я знал врага в лицо и в моей голове уже начал рождаться рецепт противоядия.

* * *

Тем временем в лекарских палатах царил хаос. Ратибор лично выставил у дверей стражу из своей гвардии — молчаливых, суровых ветеранов, которые не впускали и не выпускали никого, глуша зарождающуюся в крепости панику. Внутри, при свете десятков свечей, метались тени. Воздух был густым и тяжелым от запаха трав, пота и болезни.

В лазарет уже принесли два десятка воинов и слуг, и их число росло. Они лежали на соломенных тюфяках, на лавках, прямо на полу, и тишину нарушали лишь их тихие, вымученные стоны. Их тела сводила ломота, а лбы покрывала испарина.

В центре этого ада, у нескольких больших котлов с кипящим варевом, стоял Демьян. Он не был похож на целителя, спасающего жизни. Он был похож на свергнутого короля, вынужденного месить грязь.

Лицо его было бледным от ярости, а глаза метали молнии. Он, великий лекарь, чье слово было законом, был унижен донельзя. Его заставили работать по указке «поваренка», выполнять роль простого травника, пока мальчишка-выскочка разыгрывает свой спектакль.

— Еще ромашки! — цедил он сквозь зубы, обращаясь к перепуганному ученику. — И мочегонного сбора не жалеть! Пусть пьют эту бурду ведрами! Приказ воеводы!

Он делал это не для помощи, а лишь для того, чтобы исполнить приказ. В глубине души он был уверен, что все это — хитрая игра повара. Он ждал, когда тот провалится. Ждал того момента, когда к нему прибегут с новостью, что «колдовство» не сработало, и тогда он, Демьян, выйдет на сцену и вернет себе все — и власть, и уважение, и право решать, кому жить, а кому умирать.

— Учитель, — пролепетал один из учеников, подбегая к нему. — Ему хуже. Отвар не помогает, его бьет озноб. Может, стоит дать ему корень…

— Молчать! — прошипел Демьян, и его глаза сверкнули так, что мальчик отшатнулся. — Делай, что велено! Мы должны лишь поддерживать в них жизнь, пока этот самозванец ищет свое «противоядие». Посмотрим, что он найдет.