Книга Шеф с системой. Гамбит повара, страница 114 – Тимофей Афаэль

— Клык вепря, — прошептал Ярослав с недоумением.

— Личный знак воинов рода Боровичей, — закончил за него Борислав. — Его носят высшие чины и гвардия. У Морозовых герб — волк. У этих — вепрь.

Ярослав и Борислав переглянулись. И в этот момент вся картина битвы, вся война, предстала перед ними в совершенно новом свете. Они поняли все. Элитная гвардия, которая до последнего защищала штаб и позволила командирам сбежать, состояла не из людей Морозовых. Она состояла из воинов их тайного союзника.

— Так вот оно что… — медленно проговорил Ярослав, и его кулаки сжались. — Они не одни.

Он взял в руки амулет. Этот пожелтевший клык был не просто трофеем. Они вскрыли тайный заговор. Теперь они знали, что сражаются не с одним врагом, а с двумя. И второй был не менее силен и опасен, чем первый.

Ярослав, сжимая в руке амулет из клыка вепря, сошел с крыльца. Его лицо было суровым, в нем не осталось и тени от юношеской восторженности после победы. Он смотрел на своих воинов, на спасенных жителей, затем подозвал к себе ветерана Игната.

— Десятник, — сказал он, и его голос прозвучал властно и четко. — С этой минуты ты — комендант Заречья. Я оставляю тебя и наших воинов здесь.

Игнат опешил.

— Княжич, но…

— Это приказ, — отрезал Ярослав. — Ваша задача — удерживать село. Укрепите частокол, расставьте дозоры, защищайте этих людей. Мы отбили эту землю, и мы ее не отдадим.

Затем он повернулся к оставшимся воинам.

— Я знаю, вы устали. Вы хотите домой, к своим семьям, но ваша миссия здесь еще не окончена. Вы — щит Заречья. Стена, о которую разобьются Морозовы, если посмеют вернуться. Я должен срочно ехать к князю. и я приведу подмогу.

Он говорил не как княжич, а как командир, который оставляет своих братьев на опасном посту. Воины ответили ему не гулом одобрения, а молчаливыми, суровыми кивками. Они все поняли.

Ярослав повернулся к Бориславу.

— А наша задача — доставить весть. Немедленно.

* * *

Точка зрения Алексея

Мы покинули Заречье так же стремительно, как и ворвались в него, но теперь это был не боевой отряд из двух сотен воинов. Обратно скакала небольшая, быстрая группа из пяти всадников. Впереди — Ярослав, чье лицо было суровым и сосредоточенным. За ним — я. Замыкали наш небольшой клин Борислав и двое лучших разведчиков из его отряда.

Мы сами стали гонцами, несущими князю другую весть. В седельной сумке Ярослава лежал пожелтевший от времени клык вепря — доказательство предательства и тайного союза, который мог уничтожить нас всех. Эти бесценные разведданные нужно было доставить в крепость как можно скорее.

Мы гнали коней почти без остановки, меняя аллюр, но не сбавляя темпа. Боль в моей руке то затихала, то вспыхивала с новой силой, но я не обращал на нее внимания. Все мои мысли были там, впереди. Я ехал рядом с Ярославом, и мы почти не разговаривали.

Слова были не нужны. Мы вместе прошли через огонь, и это скрепило наш союз крепче любых клятв и больше не были просто княжичем и его советником. Мы стали командиром и его боевым товарищем, которые только что заглянули в пасть к смерти и вырвали у нее победу.

К утру на горизонте показались знакомые очертания. Сторожевые башни нашей крепости.

Когда подъехали ближе, я увидел, как на стенах началась суета. Нас заметили. Я представил, что творится сейчас в головах у дозорных. Они отправили в рейд двести воинов, а возвращается — пятеро, один из которых ранен. Для них это могло означать лишь одно — полный, сокрушительный разгром.