Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 36 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Разумеется, свободных машин не было. Свободных водителей тоже. Игнат смотрел на пустые строчки в таблице и чувствовал, как в груди разрастается безнадёга.

— Михалыч, — позвал он, прикрыв трубку ладонью. — У тебя есть хоть кто-нибудь на Южный?

Диспетчер поднял на него красные, воспалённые глаза и молча покачал головой. Очевидно, все заняты и расписаны на трое суток вперёд. Людей просто не хватало.

Игнат снова посмотрел на экран. Потом на часы и принял решение.

— Адрес склада? — сказал он в трубку. — Я сам приеду. Через сорок минут.

Он повесил трубку, допил остывшую гадость из стакана и потянулся за курткой. Двое молодых смотрели на него с непонимающим удивлением — они ещё не привыкли к тому, что здесь каждый делает работу за пятерых.

— Лену не будите, — бросил он, натягивая рукава. — Пусть спит до моего возвращения. Если что-то срочное — звоните.

Михалыч молча кивнул, не отрываясь от своих трёх телефонов.

Игнат вышел в коридор, где половина ламп не горела уже неделю, и направился к лифту. За окном серый рассвет наползал на Столицу, и где-то внизу, на улицах, уже начиналась жизнь — измотанная, но всё ещё теплящаяся.

Страна скрипела, как несмазанная телега, но все же ехала. Ехала, пока такие, как он, не давали ей остановиться.

* * *

Домой Игнат добрался только к десяти вечера.

Шестнадцать часов: склад, больница, ещё один склад, объезд пробки, где перевернулся грузовик и никто не приехал его убирать. Потом обратно в офис, потому что Лена проснулась и обнаружила, что система маршрутизации легла, а Михалыч не знает, как её перезапустить. Потом снова за руль, потому что хлеб в один из районов так и не довезли, а люди там не ели нормально уже вторые сутки и вынуждены ездить в соседние районы, чтобы урвать немного еды.

Он припарковал служебный фургон у подъезда и несколько минут просто сидел, уронив голову на руль. Руки дрожали от усталости, в глазах плыло, а желудок давно перестал болеть — он просто онемел, как и всё остальное.

Выходить на холод не хотелось, но и сидеть в промёрзшей кабине смысла не было. Игнат заставил себя открыть дверь и выбраться наружу.

Двор встретил его ледяным ветром и темнотой. Фонари горели через один — то ли экономили электричество, то ли просто некому было менять перегоревшие лампы. Под ногами хрустела наледь, покрывшая асфальт толстой коркой. Дворников не было уже две недели, и двор превратился в каток.

Возле подъезда стояли трое мужиков с лопатами. Игнат узнал соседа с пятого этажа — пожилой инженер на пенсии, кажется, его звали Семёныч. Рядом с ним работали двое помоложе, которых Игнат видел, но не знал по именам. Они молча долбили лёд, сгребая его к обочине, расчищая проезд к подъездам.

— Скорая не смогла проехать, — сказал Семёныч, заметив его взгляд. — К Петровне из восьмой квартиры. Пока тропинку протоптали — час прошёл.

Игнат кивнул, поднялся к себе, взял лопату из кладовки и вернулся во двор.

Они работали молча, стиснув зубы от холода и усталости. Лёд поддавался неохотно, лопаты скрежетали по асфальту, пар валил изо ртов. Никто не жаловался, не обсуждал политику и не задавал вопросов о том, когда всё это закончится. Просто делали то, что нужно делать.

Через полчаса к ним присоединилась женщина из соседнего подъезда, потом ещё один мужик, потом подросток лет пятнадцати, который притащил откуда-то ломик и начал сбивать особенно толстые наросты у бордюра.