Книга Темный Лорд Устал. Книга IX, страница 74 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Александр замер. Но на одну крошечную секунду Орлов заметил, как изменилось выражение его лица.

В идеальной броне ярости, которую Император выстроил вокруг себя за эту ночь, появилась едва заметная трещина. Мелькнуло сомнение. Орлов жадно ухватился за этот проблеск надежды — может быть, ещё не всё потеряно? Может быть, тот умный, вдумчивый мальчик всё ещё жив и способен услышать голос разума?

Но увы, трещина мгновенно затянулась, и лицо Александра превратилось в непроницаемую, жестокую маску.

И наконец Орлов с горечью понял, что произошло. Ведь признать правоту старого наставника для Александра означало признать собственное ничтожество. Признать, что последние три дня были фатальной ошибкой, а Хартия Вольности, вырванная у кланов, оказалась пустышкой. Что генералы, щелкавшие каблуками, откровенно смеялись ему в лицо, и он, Император великой державы, оказался лишь наивным ребёнком, играющим с фантиком от давно съеденной конфеты.

Конечно, он не мог признать этого. Гордыня Александра не могла переварить такого унижения. Просто потому что после него от личности Императора ничего бы не осталось. Психика монарха защищалась единственным доступным ей способом — слепой агрессией.

— Заткнись…

Голос Александра прозвучал страшно. Он резко отвернулся от Орлова и прошёл к окну. Премьер с ужасом заметил, как неровно, тяжело ступал монарх и словно мраморный пол под его ногами ходил ходуном.

— Похоже, я был прав в своих опасениях, — чеканя слова сквозь стиснутые зубы, бросил Александр. Упёршись ладонями в подоконник. — Видимо, Воронов сломал тебя там, в своих горах. Влез тебе в голову и превратил в послушную марионетку!

Император резко обернулся. В его глазах полыхало чёрное отчаяние — тот самый всепоглощающий огонь, который пожирает запертый дом изнутри.

— Ты старый, сломленный, ничтожный человек, Орлов! Как ты мог так просто испугаться? Увидел его силу и решил, что куда проще стать предателем, чем сражаться за свою родину? А ведь мой отец верил тебе. Я верил тебе! А ты предал дело моей династии при первом же серьёзном испытании…

Ответные слова застряли в горле Орлова.

Александр медленно, с королевским достоинством поднял руку и указал на резные двери.

— Пшёл вон!

Два коротких слова.

— Ты уволен, Орлов. Ты больше не премьер-министр Империи. Выметайся отсюда.

Вытянутая рука монарха предательски дрогнула. Александр резко опустил её, спрятав за спину, но Орлов успел заметить это.

— Я сам поведу верные мне войска, — голос Александра зазвенел от напряжения, словно натянутая струна. — Я лично выжгу эту заразу. Без тебя, твоих трусливых советов и твоего предательства!

Он снова отвернулся к окну, обрывая разговор.

— Вон из моего дворца. Немедленно!

Бывший премьер-министр стоял посреди огромного кабинета и молча смотрел на спину человека, которого любил больше жизни.

Он тяжело вздохнул и медленно потянулся к лацкану пиджака. Пальцы старика дрожали, но Орлов даже не пытался этого скрыть. Золотой значок с двуглавым гербом Империи, казалось, физически обжигал кожу сквозь ткань рубашки.

Щёлкнула тугая застёжка. Орлов снял значок и посмотрел на него в последний раз. Просто маленький, тяжёлый кусочек металла. Раньше он значил всё, но теперь превратился в бесполезный сувенир.