Книга Темный Лорд Устал. Книга IX, страница 61 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Александр закрыл глаза и судорожно выдохнул. Острая, ядовитая мысль прошила мозг: Орлов снюхался с Вороновым. Старый лис просчитал риски и хладнокровно переметнулся на сторону победителя, пока его наивный монарх ещё верил в силу дипломатии. Именно поэтому он сидел там так пугающе спокойно. И именно поэтому выключил связь столь небрежным жестом, будто захлопнул дверь перед носом нашкодившего мальчишки.

Но, открыв глаза, Император медленно покачал головой.

Нет. Орлов отдал служению Короне тридцать лет своей жизни. Он был безоговорочно верен ещё его отцу, когда тот в агонии умирал в этом самом дворце. Старик мог сомневаться, мог ожесточенно спорить и смотреть с укором, но предать? Только не Виктор Петрович Орлов. Или, по керайней мере, он не хотел в это верить.

Он наверняка просто устал. Сломался под чудовищным, нечеловеческим давлением. Воронов хорошо умел давить на людей — Александр только что испытал это на собственной шкуре. Этот холодный, пустой взгляд и его ровный голос и слова, которые без промаха били в самые уязвимые точки.

«Что ты можешь мне дать такого, чего я не могу взять сам?»

Александр до скрипа сжал челюсти. Жжение в груди стремительно разрасталось, превращаясь во что-то раскаленное и душащее. Унижение — вот что он сейчас испытывал.

Строганов и Шуйский. Патриархи, которые всего три дня назад клялись ему в вечной преданности, за его спиной, без тени сомнения, переписали половину своих активов на эту девку Мефистову. Они уже продали свои предприятия врагу, а их законный Император узнал об этом от самого Воронова — под смешки и ленивое закатывание глаз жующей свиты.

Резко оттолкнувшись от стола, Александр выпрямился.

Огромный императорский кабинет вдруг показался ему пугающе чужим. Золочёные гербы на стенах, суровые портреты предков, знамёна и исторические регалии — всё это внезапно превратилось в жалкие театральные декорации, за которыми зияла абсолютная пустота.

Он был один.

Эта мысль всплыла откуда-то из тёмных глубин подсознания и жестоко ударила под дых. Орлов остался в Эдеме, кланы предали, генералы саботируют распоряжения, а министры трусливо прячутся за кипами бумаг. Кто остался рядом с ним? Кто в этой огромной стране готов выполнить его прямой приказ, а не прислать в ответ очередную бюрократическую отписку?

Взгляд Александра медленно скользнул к тёмному экрану центрального терминала Ставки. Пора было это проверить.

Император пересёк кабинет и остановился перед массивной консолью, занимавшей пространство от пола до потолка. Голографические экраны, тактические карты, защищенные каналы связи со всеми военными округами Империи — отсюда его прадед командовал Легионами во время Злой Войны, отсюда дед топил в крови мятеж восточных провинций. И отсюда он сам должен управлять великой державой.

Хватит дипломатии, унизительных переговоров и щедрых предложений. Воронов хочет войны? Ну что ж, он её получит.

Александр приложил ладонь к стеклу сканера. Система коротко пискнула, опознавая биологический след, запросила голосовое подтверждение и красным лучом проверила сетчатку глаза. Три уровня защиты, доступных только одному человеку в мире.

Экраны беззвучно ожили, заливая старинный кабинет холодным голубым светом.

— Показать текущую дислокацию резервных армий, — бросил Император.