Книга Темный Лорд Устал. Книга IX, страница 110 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Орлов наконец справился с собой. Он вытер глаза, глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла с выражением человека, который только что сбросил с плеч неподъёмный груз.

— Всё, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Хватит. К чёрту протокол.

Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, ослабил галстук и посмотрел на Воронова уже совсем другим взглядом просто уставшего человека, который наконец перестал притворяться.

Переговоры по правилам Столицы закончились, не начавшись.

Александр не смеялся.

Он сидел в кресле, чувствуя, как жар заливает щёки и шею, и смотрел на этот балаган с нарастающим ужасом.

Это было не намеренное унижение — что делало его ещё более невыносимым. Никто не пытался его оскорбить. Никто вообще не обращал на него внимания. Он приехал сюда, чтобы обсудить судьбу своей страны, а вместо этого оказался зрителем на представлении, где главными актёрами были летающая девочка-фея и обжора-кот.

Воронов шевельнулся. Он просто перевёл взгляд с Орлова на Фею, но эффект был мгновенным. Фея замолчала на полуслове, её крылья сбавили обороты, и она медленно отлетела назад, к своему месту над плечом хозяина. Мурзифель, который секунду назад изображал оскорблённую невинность, вдруг очень заинтересовался своей лапой и принялся её вылизывать с преувеличенным усердием.

Орлов перестал смеяться. Он тоже почувствовал изменения в воздухе, какое-то давление, которое Александр ощущал кожей, но не мог объяснить. Бывший премьер выпрямился в кресле и посмотрел на Воронова с выражением человека, который понял, что представление закончилось.

Воронов заговорил.

— Виктор Петрович, — его голос был спокойным, без тени насмешки или превосходства. — Я рад, что ты расслабился. Это хорошо. С тобой мы ещё поговорим отдельно, у меня есть для тебя работа.

Орлов кивнул, и Александр заметил, что старик не выглядел удивлённым. Будто ждал чего-то подобного.

Потом Воронов повернулся к нему, и Александр почувствовал на себе этот взгляд человека, который смотрит на задачу и решает, как к ней подступиться.

— Теперь к делу, Александр. — сказал Воронов. — Давай поговорим о том, зачем ты на самом деле сюда приехал.

Александр внутренне сжался.

Вот оно. Сейчас начнётся. Он знал, как работают эти вещи — читал историю, изучал переговоры прошлых веков, видел, что происходит с проигравшими. Сейчас Воронов начнёт диктовать условия. Потребует контрибуции, отречения, публичного покаяния на камеру. Заставит подписать что-нибудь унизительное, какую-нибудь клятву верности на крови или передачу территорий. Возьмёт всё, что захочет, потому что может.

Александр приготовился. Сцепил зубы, выпрямил спину, собрал остатки достоинства. Он примет то, что должен принять. Заплатит цену за свои ошибки. Но он не будет умолять и не будет плакать, не перед этим человеком, не здесь.

Воронов смотрел на него несколько секунд, и Александр не мог прочитать его взгляд. Там не было торжества победителя, презрения, не было даже интереса. Просто усталость.

— Ты пришёл сюда торговаться за свой трон, — сказал Воронов. — Это понятно. Но ты не понимаешь главного.

Он помолчал, будто подбирая слова попроще.

— Мне нахер не нужен твой трон.

Александр моргнул. Слова дошли до него, но мозг отказывался их обрабатывать.