Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 70 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

— Пока нет, но собирается.

Лилит медленно опустила руку. На её губах расползалась улыбка.

— Соедини меня с ним.

Пока Виктор устанавливал связь, Лилит открыла досье.

Александр Павлович Бестужев, сорок три года. Граф по праву рождения, бизнесмен по необходимости. Худое нервное лицо смотрело с фотографии — залысины, дёрганый взгляд, тонкие губы человека, который всю жизнь боялся не соответствовать.

Папочка оставил ему логистическую империю: склады по всему региону, частный авиапарк, сеть транспортных компаний. Алекс не приумножил, но хотя бы не профукал. Уже достижение для аристократа третьего поколения.

Лилит листала страницы, освежая память.

Оффшоры в Зархаде — три счёта, на которых крутились деньги, спрятанные от налоговой. Ничего криминального по меркам их круга, но достаточно, чтобы Имперская Прокуратура заинтересовалась.

Казино «Золотой Лев» — Бестужев проигрывал там по двести тысяч за вечер. Жена думала, что он ездит на деловые встречи. Как же она ошибалась.

Любовница в Северске — двадцатилетняя танцовщица, квартира оплачена со счёта подставной фирмы. Банально, но жене будет неприятно.

Лилит закрыла досье и побарабанила пальцами по столу.

Бестужев был слабым звеном. Не подлым, не жадным — просто слабым. Из тех, кто всю жизнь плыл по течению и прятался за чужими спинами. Такие люди предают не из злости, а из страха. Им кажется, что если прогнуться под сильного, их оставят в покое.

Идиоты.

Сильные не оставляют в покое. Сильные жрут слабых на завтрак и не помнят их имён.

Громов сожрёт Бестужева, как только тот перестанет быть полезен, а ведь он перестанет — сразу после того, как сдаст всех своих партнёров. Лилит в том числе.

Этого она допустить не могла.

— Мадемуазель, — голос Виктора вырвал её из размышлений. — Связь установлена. Граф Бестужев на линии.

Лилит выпрямилась, поправила волосы и мягко улыбнулась своему отражению в тёмном экране планшета.

А потом включила камеру.

Бестужев выглядел паршиво.

Худое лицо блестело от пота, глаза бегали, галстук съехал набок. За его спиной виднелся кабинет — дорогая мебель, картины, всё как положено приличному аристократу.

Но сам хозяин приличия растерял напрочь.

— Лилит! — он дёрнулся, увидев её на экране. — Я как раз собирался… То есть я хотел…

— Здравствуй, Алекс.

Она произнесла это мягко, почти нежно. Как старая подруга, которая рада видеть знакомое лицо.

Бестужев сглотнул.

— Послушай, я всё понимаю, ситуация сложная, но… — он облизнул губы. — Лилит, это государственная измена — биотерроризм. Ты понимаешь, что будет, если нас свяжут с Вороновым?

— Продолжай.

— Я не могу рисковать семьёй. У меня дети, жена… Бизнес, который строили три поколения…

Он замолчал, ожидая реакции. Лилит молчала тоже, глядя на него с лёгкой улыбкой. Пауза затягивалась.

— Я выхожу, — Бестужев наконец выдавил это, как будто признавался в убийстве. — Мне очень жаль, но я выхожу из коалиции. Ничего личного.

— Ничего личного, — эхом повторила Лилит. — Разумеется.

Она помолчала ещё секунду, наслаждаясь тем, как он ёрзает. Потом наклонилась к камере.

— Алекс, дорогой. Ты путаешь риски.

— Что?

— Ты думаешь, что если побежишь к кланам, то они тебя защитят? Похлопают по плечу, скажут «молодец, хороший мальчик» и оставит в покое?

Бестужев открыл рот, но она не дала ему вставить слово.