Книга Последняя надежда, страница 24 – Тимофей Афаэль

У меня же в это время отлегло от сердца. Я уж думал кузнец что-то знает об Аргосе.

— А Эридан мне нужен, чтобы мерки с кистей снимать и подгонять рукояти. Они необычные, видите? — показал он Палачу на слегка изогнутые рукояти. — Такие рукояти зовуться у нас «кхалсы». Они сделаны такой формы, чтобы топоры удобно было держать руками, покрытыми кровью, — кузнец широко улыбнулся.

— Теперь я вижу, ты знаешь, что делать, — Палач достал мешочек и вложил его в руку Герома. — У тебя полторы недели. Через полторы недели Эридану выходить на бой.

— Мало денег взял, — хохотнул кузнец. — Ладно. Завтра утром я тебя жду, — сказал он мне.

— Завтра утром я не могу. У моего учителя завтра суд чести, — покачал я головой.

— Суд чести⁈ — заинтересовался Гером. — Кто твой учитель?

— Лорд Эллехал, — вклинился Палач. — Какое тебе дело, кузнец?

— Ого! Я бы посмотрел! — осклабился мужчина.

Палач задумался ненадолго, переводя взгляд с меня на кузнеца и, наконец, выдал: — Я сообщу о твоем желании господину. Если он согласится, пришлю посланника. Жди Эридана послезавтра.

— Пусть боги осветят вам путь! — пожелал нам на прощанье Гером.

Всю дорогу я раздумывал о его словах и о том, что он может знать про Аргоса, пока мы не попали в особняк. Там, после обеда, Эллехал взял нас в оборот.

— Садись, Эридан, — предложил он мне, закрывая дверь в кабинете. — Разговор предстоит долгий.

Я уселся и приготовился внимательно слушать своего учителя.

— Как ты успел заметить, не все ладно в нашем королевстве, — зашел издалека эльф. — Назовешь проблему или еще не догадался?

— Рискну предположить, что у вас какие-то проблемы внутри, как бы это правильно сказать, общества? Сужу по натянутым отношениям вас и тех, кто стоит у власти, — поделился я своими наблюдениями.

— Все верно ты заметил. За эти слова ты бы мог пострадать, — серьезно проговорил он. — Знаешь кем я служил, пока меня не попросили уйти в отставку? — я покачал головой. — Я командовал войсками королевства, понимаешь? Очень стал им мешать и меня убрали. К чести наших женщин скажу, что очень мало эльфийских мужчин сейчас вообще могут что-то решить. Это уже сложившаяся тенденция. Их так воспитывают, но еще каких-то двести лет назад все было совершенно не так.

— Как вы к этому пришли? — спросил я с недоумением.

— Случилась эпидемия, в которой начали умирать мальчики, — принялся рассказывать Эллехал. — Началась она внезапно и вскоре распространилась по всему королевству. Причем, умирали мальчики от семи до десяти лет. Выживал только малый процент, а потом еще и война началась, которая унесла жизни многих мужчин. После такого мальчишек стали беречь как зеницу ока, а многим женщинам пришлось взять на себя бремя управления государством и клановыми делами.

Эллехал отпил чаю из чашки и ненадолго замолчал, уставившись в окно.

— Шло время, эпидемия схлынула, стало рождаться больше мальчишек, да вот только власть наши дамы отдавать не спешили, — он невесело ухмыльнулся.

— Почему? — удивился я.

— Потому что стало им вольготно и хорошо, — скривился Эллехал. — Мы, оставшиеся в живых старики, думали вначале, что это последствия и травмы от потери детей, но не тут-то было. Время шло, а мальчиков продолжали воспитывать бережнее, чем девочек. В итоге выросли у нас недомужчины, а королевством так и остались править женщины, — эльф скривился. — Ты знаешь, зачем вообще нужны меченосцы?