Книга Последняя надежда, страница 121 – Тимофей Афаэль

— Так добейте их, бесы побери! — возмутился я. — Нужно отогнать их подальше!

Эльфийка хохотнула и махнул рукой всем остальным: — Действительно. Надо довершить разгром. Выдвигаемся, а то Эллехал один там командует!

Вскоре мы остались одни среди целой кучи трупов. Кроме опустошения и усталости я не чувствовал вообще ничего. Мы только стояли и пялились друг на друга, пытаясь осознать, выжили мы или нет.

— Не, ну поживем еще, чего там, — пожал плечами Тордон и поморщился от раны в рассеченном плече. — Я еще в этой жизни не все увидел. К тому же, меня Гириэль ждет.

— Пошли уже, — буркнул Гард, опираясь на мое плечо. — Я бы сейчас упал и поспал где-нибудь, но ведь не дадут. Вон, бегут уже к нам. Сейчас начнут перевязывать и делать больно.

Из замка, действительно, к нам бежала целая толпа. Эльфийки тут же начали искать наших убитых и раненых, ну а нам принялись оказывать помощь.

* * *

Все оставшееся время до конца сражения, Каэран ходила сама не своя, а все из-за ее бывшего меченосца. Она думала, что ничего к нему не испытывает. Было и прошло. Впереди маячат проблемы посерьезнее, чем странные отношения с этим парнем.

Все изменилось, когда она увидела погибающий отряд. Каэран чуть не обезумела и рвалась к парням в первых рядах. Увидеть Эридана в таком состоянии для нее оказалось настоящим шоком, но еще большим шоком стало то, как черноволосая девка спрыгнула с коня и повисла на нем, пачкаясь в крови, покрывающей Эридана с ног до головы. Это оказалась Синара. Внучка Эринии и та, что отдала Эридану кинжал.

От вида парочки внутренности Каэран скрутило от злости, да еще и этот взгляд деда, говорящий: «Как тебе? Нравятся плоды твоих необдуманных действий? Насладилась?».

Все оставшееся время эльфийка ходила чернее грозовой тучи, вымещая злобу на Вольных. Она очень хотела, чтобы Синару где-нибудь грохнули, и она не вернулась в замок, но нет. Вернулась. В первых рядах вернулась и тут же рванула к Эридану. Каэран же пошла на самый верх, на башню, чтобы их не видеть и вообще никого не видеть. Слишком муторно и тяжело было на душе.

Она оперлась на зубцы, глядя на кроваво-красный закат и чувствуя, как ветер сушит слезы.

— Что вы здесь забыли, леди? — хриплый голос оторвал ее от мрачных мыслей.

Каэран резко развернулась, глядя на сидящего у зубцов мужчину, перевязанного почти с головы до ног. Он сидел, прислонившись спиной к камню и также смотрел на закат.

— А ты? Что ты здесь делаешь? — Каэран фыркнула, утирая мокрые дорожки.

— Оплакиваю павших друзей, — мужчина скупо улыбнулся. — Слишком многие из нас за эти дни ушли дорогой цветов.

— Сочувствую, — голос Каэран дрогнул. За своим небольшим горем она и не заметила настоящей трагедии, что развернулась в замке. Взгляд зацепился за будущий погребальный костер на другой башне.

— Мне не нужно ваше сочувствие, — мужчина улыбнулся с легким презрением, чем сильно задел Каэран. Она вспыхнула от возмущения, попробовала придумать, что ему ответить и не нашла слов. — Я дрался не ради вас, а ради тех, кто сейчас помогает нашим раненым не умереть, и тех, кто был с нами все эти дни. Что делали в это время вы, леди? Жалели себя? Именно поэтому с ним сейчас не вы.

— Вот ты говнюк! — только и смогла протянуть Каэран. — Да с чего ты взял, что я переживаю об Эридане⁈