Книга Отставник 5. Абордаж, страница 91 – Павел Чук

— Взорвётся, когда ящики начнут извлекать, — пояснил Птице-восемь, — а теперь давай убираться отсюда, не дай бог здесь рванёт. И узнал, есть кто соображает в электронике?

— Выясняем.

— Ясно.

Выйдя в коридор, посчитал правильным проверить, как устроили пост возле нормальных лифтов, а Птицу-восемь отправил заниматься своим поручением. Думаю, с солдатами как-нибудь сам разберусь как объясниться.

Холл оказался несколько больше, чем разобрал на мониторах наблюдения. Правильной квадратной формы, а по центру с противоположной стороны один выход из устройства перемещения. Возле входа меня встретил один из солдат и приосанился.

— Как дела? — произнёс на ломаном английском, что изучал в специнтернате, но без практики я фактически всё позабыл.

— Окей! В охранении стоим по трое. Смена раз в два часа. Старший над нами капитан Тейлор.

Ничего не ответил, только кивнул. Солдаты расположились грамотно: по разные стороны от входа и соответственно от лифта для ведения перекрёстного огня. Третий, что находился возле входа — связной, чтобы сообщить о прибытии противника. Хотя, стрельбу услышат все. Так что третий солдат выполнял скорее функцию резерва.

Подошёл к створкам кабины перемещения, оглядел панель управления. Достал коммуникатор пленного. Сверился с местоположением и хотел было возвратиться восвояси продолжить допрос, как коммуникатор завибрировал, и на экране сменилась картинка. Появилась чья-то красная рожа. Назвать лицом покрытое волдырями и наростами нечто у меня не повернулся язык. Изображение мигнуло и разразилось тирадой из непонятных слов. Я тыкал в коммуникатор, пытаясь его отключить, но у меня не получалось. «Кнопка» сброса не срабатывала. Через десяток секунд словесный понос прекратился, и я краем глаза заметил, что изображение приблизилось, попытавшись чуть ли не вылезти из экрана, и через мгновение погасло.

«Глядь! — выругался про себя. — Вот зачем брал с собой коммуникатор, мог бы его оставить в комнате…».

— Всё нормально, командир? — также по-английски обратился солдат.

— Нет, — покачал головой, — сейчас прибудут гости. Приготовиться! — последнюю фразу продублировал жестом: «К бою!». Рассредоточились, заняли позиции.

«Может послать солдата, чтоб помощь прислали и заблокировали коридор», — промелькнула мысль, но тут же внимание сосредоточилось на помигивающих огоньках пульта управления лифтом. Менее через минуту двери устройства перемещения открылись и, не дожидаясь приказа, мы открыли огонь на поражение.

— Стоп! Прекратить огонь!!! — скомандовал через десяток секунд интенсивной стрельбы. Небольшая дистанция, ограниченное пространство, четыре ствола одновременно ведущие огонь практически по неподвижной цели — просто убийственная плотность огня для ближнего боя. И этих десяти-пятнадцати секунд посчитал достаточным для уничтожения любой цели.

«Осмотр!» подал команду жестом. Один из солдат, держась ближе к стене, выдвинулся вперёд, заглянул внутрь кабины, осмотрел её ведя стволом и подал сигнал: «Чисто!». Я подошёл ближе и заглянул внутрь и от неожиданности присвистнул. Как-то сразу не обратил внимание, что створки кабины бо́льшего размера, чем приходилось видеть раньше. Объём кабины позволял разместиться внутри если не две сотни бойцов, то минимум рота там бы уж точно разместилась со средствами усиления — это, во-первых. Во-вторых, внутри, искря и чадя сизым дымом, стоял всего лишь один боевой робот неизвестной мне конструкции.