Книга Отставник 5. Абордаж, страница 44 – Павел Чук

— Наладонник?

— Да, — ответил, показывая пустое запястье левой руки.

— Он у вас так называется? — удивился молодой.

— Ещё коммуникатор, но наладонник как-то привычнее, — насторожился. Произнёс всего-то несколько фраз, а неизвестно почему заставил нервничать собеседников. Вот что значит неизвестная среда погружения. Полное отсутствие вводных данных. Хорошо хоть язык понимаю, но надо меньше говорить, а больше слушать.

— Ты военный? — теперь задал вопрос Сомали Венс.

— Почему об этом спрашиваете?

— Наладонником коммуникаторы называют военные из числа коханцев.

— Я не коханец, но часто приходилось с ними общаться, — за военного я не прокачу, на мне форма технического персонала, так что выдавать себя за военнослужащего бессмысленно. Тем более, кто такой коханец⁈

— Так ты из тех, кто перешёл на их сторону один из первых?

Вот что ответить. И я многозначительно промолчал, цепляя ложкой какое-то блюдо из жестяной банки, мысленно молясь, чтобы не скрутило желудок.

— Сын, иди проверь выключено оборудование или нет.

Молодой поднялся и бросая на меня осторожные взгляды вышел. Пауза затягивалась, я осторожно ел, тщательно прожёвывая пищу, а Сомали Венс смотрел на меня, изредка прикладываясь к ёмкости.

— Ты…

— Это твой сын меня сбил? — перебил начавшего говорить. Не хотелось вновь попасть впросак и пришлось идти в словесную атаку.

— Да, — собеседник нехотя согласился, — значит ты не всё забыл?

— Не всё, но многое не помню. Я так и не вспомнил, с какого я сектора, помню только, что получил наряд на проверку оборудования, вот и всё. Я даже боюсь представить, что не смогу больше работать так, как работал раньше, ведь я не помню толком чем занимался.

— Навыки вернутся. Не сомневайся. Такое бывало, из опыта знаю. Я ведь говорил, что служил медиком на корабле, так что такого насмотрелся, мало не покажется…

Собеседник говорил какую-то откровенную чушь. С его слов выходило, что он практически с оторванной головой возвращал к жизни и потом они продолжали служить. Я не сдержался и хмыкнул, отставив тарелку. Вроде первый голод утолил, а переедать не хотелось.

— Мне нужен коммуникатор с планом станции, чтоб я смог добраться до своих. Кстати, мой, как понял, сломался?

— Твой сломался. А запасной коммуникатор у меня есть, правда старый, маломощный, но вполне пригодный для использования на первое время и ключи прохода там вшиты универсальные. Думаю, у тебя такие же были.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул. Ключи прохода на уровни — хорошее приобретение, — но старый верни, я его спишу, как сломавшийся.

— Да-да, конечно. И вот ещё что…

— Согласен, но тогда и ты никому не говори о случившемся. Но мне бы пригодился какой документ, что произошёл несчастный случай и я потерял память.

— Документ?..

— Запись в коммуникаторе, — быстро поправился, впрочем, не зная, правильно сказал или нет.

— Запись я не смогу сделать, это надо проводить через главный сервер.

— Жаль.

— Что, хочешь на пенсию раньше уйти? — хитро́ ухмыльнулся Сомали Венс, — так я тебе потом могу устроить, обратишься, и я с ребятами улажу.

— Оставь свои координаты, кстати, сколько запросишь? — я не представлял, существуют на корабле деньги или как-то по-другому расплачиваются за товары и услуги. Так что старался говорить обтекаемыми фразами, которые можно воспринять двояко. Именно так в интернате учили строить беседу, когда не знаешь конкретики.