Книга Отставник 4, страница 47 – Павел Чук

«Надеюсь, это высокая должность, обязательства перед соплеменниками и данное слово так на него повлияли», — думал, направляюсь к дежурному.

Предстояло выполнить формальности: связаться с министром и настоять на досрочном выходе; дополнительно надо связаться с лётчиками, уточнить их готовность выполнить задание в сложных метеоусловиях. Выяснять эти обстоятельства через посредника, которым являлся майор Заяц, счёл неразумным. Во-первых — время, во-вторых — зачем играть в испорченный телефон, когда у самого есть контакты офицера ответственного за выполнение лётной части боевого задания. Вот с ним и связался в первую очередь, ведь сначала надо заручиться поддержкой и неголословно объяснять высшему начальству о необходимости досрочного выдвижения в квадрат выполнения задания.

— Полковник Кузнецов на проводе, товарищ Бес, — передавая трубку, доложился дежурный, связавшийся с обозначенным абонентом.

— Слушаю вас внимательно, товарищ Бес, — без приветствий отозвалось в трубке.

— Прогноз синоптиков на ближайшие сутки знаете? — не стал и я ходить вокруг да около, сразу перешёл к делу.

— В курсе. Техника проверена и перепроверена, боекомплект загружен, лётчики готовы выполнить задание при любой погоде, — быстро отрапортовал полковник.

— Трудностей с наведением не возникнет?

— Не бойтесь, своих не накроем. Как и обговаривали с коллегами, на нас отвлечение внимание и сопровождение на финальной стадии выполнения операции.

— Благодарю за службу, — ответил коротко, положив трубку. Контрольное время начала лётной фазы операции согласовано неоднократно, обговорены как пути сближения с целью, так и взаимодействие с пилотами анторсами и здесь мне нового нечего добавить.

Разговор со Шевцовым также не затянулся. Министр спокойно выслушал мои доводы и, видимо с кем-то проконсультировавшись или проверив мои слова через помощника, дал добро на досрочный выход моей группы из убежища.

Голому собраться — только подпоясаться и через десять минут, я, в полном снаряжении и с двойным боекомплектом, наперевес с НР-12 стоял на месте сбора.

— Группа смирно! — стоя на платформе железнодорожной станции и ожидая, когда прибудет электродрезина, принимал доклад о готовности группы, — товарищ командир, группа в полном составе построена для боевого выхода. Больных, незаконно отсутствующих нет. Снаряжение получено, боекомплект укомплектован, докладывал майор Заяц, — и по нему не скажешь, что лётчик, во как проворно доложился, хотя я и не требую показушного следования Уставу. В бою, да. Устав написан кровью и, если на посту нельзя отвлекаться: читать книги, курить, спать и много ещё запретов, написанных кровью, но сейчас мы не на плацу.

— Вольно, — обходя строй, заметил, что у анторсов, да и у всех наших бойцов кроме меня, слева на бедре приторочена плоская сумка.

— Товарищ Бес, это вам, — протянул Чёрт мне такую же сумку, — это мы с ребятами покумекали и из одной лишней накидки сшили защиту для головы.

Приял сумку, развязал, вынул, осмотрел и не стесняясь примерил это творение современной инженерной мысли на голову. Грубо сшитый цилиндр с прорезями для глаз наподобие сплошного рыцарского шлема, сидел как влитой. Дышать трудно, обзор слабоват, но может хоть как-то защитит голову при экстренной необходимости.