Книга Первый среди равных. Судьба, страница 72 – Павел Чук

— Назревает бунт, — продолжал говорить, — который предстоит мне, а не тебе утопить в крови, чтобы он не перекинулся на другие земли Империи и сколько подданных потеряет Император из-за твоей тупой выходки? Что молчишь?

— Арестовать его! — прозвучал приказ начальника охраны.

Если быть откровенным, я не думал, что до этого дойдёт. Надеялся, что сможем договориться. Меня пригласят если не в покои Императора, то дадут встретиться с его личными лекарями, где я узнаю о его здоровье и тогда приму решение, что делать, но офицер пошёл на конфронтацию. Понимать его я не хотел. Вероятно, я бы и сам, будучи начальником гвардии Императорского полка охраны отдал аналогичный приказ, если кто-то неизвестный хотел прорваться в Императорские покои, но я всё-таки не простой посетитель, а облачён властью и по занимаемой должности имею право на личную встречу с Императором по моей просьбе.

Отшагнул назад, сбросил с плеч походный плащ, но доставать оружие не стал. Гвардейцы, что находились при лейб-полковнике шагнули ко мне, но в нерешительности остановились.

— Арестовать! Не слышали приказ⁈ — из-за спин солдат кричал офицер.

— Так он же кавалер «Воинской славы» — это боевой офицер. И я кажется узнал его, это первый начальник лейб-гвардейского полка охраны Императрицы нашей Линессы Первой, — нерешительно произнёс солдат, беря оружие на караул.

— Энц Валео Мирони? — пробормотал моё имя лейб-полковник.

— Да, офицер. Я вам представлялся полными титулами и именем, но вы не обратили на это внимания, а теперь давайте поговорим без нервов. Я не просто так пришёл просить встречи с Императором…

— Император слаб, он сильно похудел, — после недолгих разговоров, меня отвели к личному лекарю Императора и тот с усталым видом вещал, — его то бросает в жар, то знобит. И в таком состоянии его показывать подданным, да даже просто выводить из покоев я настоятельно не рекомендую.

— Я могу на него взглянуть? — закралось у меня сомнение, что у Императора чума. Слишком долго он в таком состоянии, а как понял, лечат его обильным питьём настоев с травами, отварами и растиранием тела спиртом, и фактически всё. Если это было именно то, что я предполагал, то за неделю, максимум две Император бы скончался, а он держится почти месяц, вот только улучшения нет.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— У Императора сухой кашель? Кровь со слюной не идёт? Боли в груди? — проигнорировал его ответ, задавал вопросы. И лекарь при моих вопросах вздрогнул. — Так у него кровь при отхаркивании или её нет?

— Есть, точнее была, но обильное питьё и растирание помогает.

Я встал и прошёлся по отведённому нам для разговора кабинету. Значит у Императора не чума, а возможно туберкулёз или в простонародье чахотка. И эта болезнь нищеты, которая возникает от скудного питания, плохих условий проживания, влажного климата, сырости вокруг, спёртого воздуха, но главное — нервного перенапряжения.

— Что это за болезнь? Вы знаете как её лечить?

— Это лёгочная недостаточность. Лечить рекомендовано настоями трав и растиранием. Углубляться в медицинские термины я не хочу. Не смотря на ваши заслуги, вы, уважаемый энц, военный, а не медик.

— Соглашусь с вами, что я военный, но как военный, я много повидал в походах… — вновь пришлось объяснять, что неоднократно сталкивался с неописанными и неизвестными болезнями, рассказал про чуму, название болезни как-то прижилось в этом мире, хотя и резало слух на местном наречье, но может быть именно из-за этого и прижилось. — Всё-таки позвольте взглянуть на Императора, — предпринял очередную попытку пробиться к телу. — Ни он меня, ни я его не заражу. Кстати, я бы и вам рекомендовал использовать лицевые маски при общении с больными.