Книга Первый среди равных. Судьба, страница 51 – Павел Чук

— Нет, торопиться не буду. Послушаюсь указаний. Не зря же меня предупреждали, что это случится…

Долго не мог уснуть. Ворочался. Вставал, бродил по полупустой спальне. Хотел выйти во двор, но не стал беспокоить прислугу. А то ещё подумают не весть что. Вновь лёг. И неожиданно для себя проспал. Я обычно встаю с рассветом, но когда открыл глаза, то местное светило близилось к зениту. Первым, кто меня встретил, когда я вышел из своей комнаты был Мукаса и он, вместо того, чтобы поздороваться и пожелать хорошего дня только коротко поклонился.

— Что-то случилось?

— Ничего, уважаемый энц. Как вы и приказали, экипаж, лошади будут готовы сегодня ближе к вечеру, а ваши вещи сейчас начнут собирать.

— Как там офицера на ночлег устроили? Он проснулся?

— Он уехал, уважаемый энц, ещё вчера, в ночь. Я, как вы и приказали, выдал ему новую лошадь, припасы и…

— Поэтому ты такой хмурый? — теперь понял, почему так необычно ведёт себя мой слуга. Для дворо́вых, впрочем, как и для дворян, к которым я отношусь, воля первого лица государства — закон. А я такой красивый и своенравный осмелился ослушаться повеления и не поехал стремглав по зову царственной особы. Поэтому моё поведение выглядит, мягко сказать, не очень красиво, если не сказать грубее.

— Нет, уважаемый энц.

— Ладно. Прикажи подать обед, и я буду собираться. Поедем сегодня вечером, как соберёмся. И ты это, не задерживай. Я просто не хотел ехать вместе с офицером, а повеление Императрицы я исполню и как только соберусь, поедем…

И кто меня за язык тянул⁈ Как только я привёл себя в порядок, отобедал, Мукаса доложился, что экипаж, лошади и мои вещи собраны для долгой дороги. Как так быстро⁈ Но от слов своих отказываться не стал. И через пару часов я, в сопровождении того же Мукасы, выехал из поместья. Дорога предстояла дальняя. Это на верховой лошади две недели, если не загонять бедных лошадок, а в экипаже… Правда экипаж у меня всё-таки усовершенствованный и ухабистую дорогу выдержит без особых проблем, так что по моим прикидкам до столицы мы доберёмся пусть и не раньше офицера-фельдъегеря, имя которого так и не удосужился узнать, но всё быстрее, чем обычно.

Дорога мне ничем особым не запомнилась. Десять дней унылого одиночества, когда и поговорить толком не с кем. Первые пару дней отсыпался, но потом хоть глаза выколи. И ночью, когда останавливались на ночлег на постоялых дворах долго не мог уснуть. В голову лезли одна мысль страшнее другой. Но самое неприятное, что мои осторожные расспросы офицеров и гражданских служащих ни к чему не привели. Никто не знал, что такого произошло в Империи. Возможно они задолго до случившегося покинули столицу, а возможно были не в курсе. У дворовых на постоялых дворах я также интересовался, может кто что слышал, но нет. Причина моего срочного вызова оказалась покрыта тайной из-за этого я не находил себе места. Императрица, её сын и муж здоровы. На Империю никто не нападал, но перевооружение армии идёт полным ходом. Пушки всё-таки стали отливать разных размеров и калибров и это оказалось революцией в военном деле. Печально осознавать, что толчком к тому, что эти орудия унесут множество жизней, был именно я, но такова суть прогресса. Радовало, что необходимость в хорошем металле подтолкнуло к развитию металлургии. И сейчас, как знал, на востоке Империи бурными темпами строились так нужные металлургические заводы, не говоря про активный поиск по всей Империи полезных ископаемых, что в свою очередь подтолкнуло к развитию геологии в Империи, как и водится в таком случае, в столичном университете появился первый инженерно-геологический факультет.