Книга Ритм войны. Том 1, страница 302 – Брендон Сандерсон

Движение рядом с ним показало, что к нему приближаются еще двое; но когда Адолин принял исходную стойку и повернулся спиной к Майе, они…

Они отпрянули. Похоже, видя перед собой умирающих друзей, эти тукари решили, что с них хватит. Они побежали прочь, дрожа и вопя. Товарищ, потерявший пальцы, последовал их примеру, прижимая к груди окровавленную руку.

Когда все начали разбегаться, сам главарь бросился в атаку вместе с единственным телохранителем. Адолин не отступил ни на шаг и встретил нового противника, уклонившись от выпада.

«Нельзя недооценивать готовность.

Держаться.

До последнего!»

Он плечом оттолкнул споткнувшегося телохранителя, взмахнул двуручником и чуть не снес главарю голову – тот едва успел увернуться, отделавшись раной в плече. Грохот наводил на мысль, что солдаты Адолина близко, хотя на самом деле это был Храбрец, – он громко заржал, цокая копытами.

Это было уже чересчур для тукари. Адолин не победил, но его противники проиграли, сбежав в безопасное место – туда, где оставили припасы и товарищей. Главарь наконец-то присоединился к ним.

Когда через несколько минут прибыли Фельт и остальные, они обнаружили окровавленного Адолина, который помогал подняться Нотуму – ошеломленному, но живому. Вокруг валялись останки того, что еще недавно было превосходящим по численности отрядом противника.

Мне сложно осознать это на внутреннем уровне, ведь даже если я не олицетворяю ни Разрушения, ни Сохранения, они представляют собой части моей сути.

— Непостижимо. – Нотум смотрел перед собой, не моргая. – Это просто непостижимо.

Сияющая заметила эту странность у многих спренов Шейдсмара: они забывали моргать, когда их что-то отвлекало или вселяло растерянность. Она прогнала спренов потрясения, которые собрались вокруг Нотума, чуть ли не пытаясь вскарабкаться к нему на колени. Было так непривычно, что у всех здешних спренов имелась физическая форма, из-за чего их иной раз приходилось отпихивать чем-нибудь.

Солдаты Адолина стояли кучкой на ближайшем холме, поднеся к глазам подзорные трубы, и внимательно следили за вражеским караваном. Он, к счастью, удалялся. Агенты Шаллан осторожно обшаривали карманы убитых в поисках указаний на происхождение. Она заметила, что Ватах кладет несколько сфер в свой собственный кошель, и собралась накричать на него, но Вуаль уговорила придержать язык. Что еще им оставалось делать? Бросить деньги тут?

Сферы, как и ожидалось, погасли. Здесь не было буресвета. Хотя Годеке, осмотрев рану в боку Адолина, дал хороший прогноз, она предпочла бы увидеть его исцеленным. Полостные ранения особенно опасны, поскольку могут вызвать заражение крови.

Кроме того, Сияющая подозревала, что Нотуму пригодилось бы немного буресвета. Хотя раны спрена чести перестали «кровоточить», его сияние заметно потускнело, а яркая бело-голубая окраска стала коричневато-белой.

— Почему… зачем они это сделали? – проговорил он заплетающимся языком. – Люди никогда не… нападали на спренов. В чем смысл, польза, цель? В этом нет никакой чести!

Его спутники-странники тоже были освобождены от пут. По опыту Сияющей, бронзовокожие спрены обычно вели себя тихо. Эти трое – один мужчина, две женщины, одетые в простую униформу, – молчали. Они казались такими же озадаченными, как и Нотум.