Книга Ритм войны. Том 1, страница 209 – Брендон Сандерсон

Ясна сказала несколько слов, и Таравангиан тоже. Адолин слушал вполуха, гадая, не показалось ли Таравангиану странным, что экспедиция не взяла с собой ни одного пыленосца. Никто не говорил о причине, но для Адолина она была очевидной. Пыленосцы не служили Далинару – по крайней мере, не выражали достаточной по его меркам преданности.

По окончании напутственных речей члены экспедиции начали протискиваться в небольшое контрольное здание, ведя за собой и лошадей. Возможно, существовал какой-то способ переправить всех прямо с платформы, но пока приходилось использовать контрольное здание.

Адолин махнул Шаллан, чтобы она вошла первой, без него. Ясна, Таравангиан и Шут вместе со своими слугами направились к пандусу. Вскоре Адолин и Далинар остались наедине перед зданием.

Тишину нарушило фырканье. Храбрец задержался, не обращая внимание на конюхов, которые заманивали его внутрь фруктами. Далинар принял менее суровую позу и похлопал коня по шее.

— Спасибо, – сказал он Адолину, – за заботу о нем в последние месяцы. У меня теперь маловато времени для верховой езды.

— Мы оба знаем, как ты занят, отец.

— Эта новая униформа, – продолжил Далинар. – Она лучше, чем те, что ты носил в последнее время.

— Забавно. Четыре года назад, когда я в последний раз надевал эту униформу, ты назвал ее позорной.

Далинар напрягся, убирая руку с шеи Храбреца. Затем он сцепил руки за спиной и расправил плечи. Унеси его буря, до чего высокий! Иногда отец Адолина больше походил на духозаклятую статую, чем на человека.

— Я думаю… мы оба за эти годы научились снисходительности.

— Мне кажется, я не изменился, – возразил Адолин. – Я просто теперь спокойнее отношусь к тому, что могу тебя разочаровать.

— Сынок, я в тебе не разочарован.

— Серьезно? А сказать это со всей искренностью или поклясться сможешь?

Далинар замолчал.

— Я просто хочу, чтобы ты развивался, – наконец сказал он. – И стал лучше, чем был я в твоем возрасте. Знаю, что ты именно такой. И хочу, чтобы ты достойным образом представлял меня. Неужели это так ужасно?

— Я тебя больше не представляю, отец. Я великий князь. Я представляю себя. Неужели это так ужасно?

Далинар вздохнул:

— Не ходи по этой дороге, сынок. Не восставай против известной тебе истины лишь потому, что я, со всеми моими недостатками, вынуждаю тебя открыто ее признать.

— Я не… – Адолин сжал кулаки от досады. – Я не просто бунтую, отец. Мне уже не четырнадцать.

— Нет. Когда тебе было четырнадцать, ты почему-то глядел на меня снизу вверх. – Далинар посмотрел вслед удаляющимся по платформе людям, чьи фигуры становились все меньше. – Видишь там Таравангиана? Ты знаешь, как он воспринимает мир? Он убежден, что, если ты считаешь конечную цель достойной, за возможность ее достичь можно заплатить любую цену, без исключений. Последуй за ним – и подыщешь оправдания для чего угодно. Солгал солдатам? Чтобы заставить их делать свою работу. Накапливал богатство? Ради достижения важных целей. Убивал невинных? Все для того, чтобы создать более сильную нацию. – Он посмотрел на Адолина. – Прикончил человека в глухом переулке, а потом об этом промолчал? Что ж, без этого человека мир стал лучше. На самом деле есть много людей, без которых он мог бы обойтись. Давай начнем потихоньку их устранять…