Книга Ритм войны. Том 2, страница 410 – Брендон Сандерсон

Сила ударила в него сзади. Золотая энергия, бесконечная и смертоносная. Шут вытаращил глаза и ахнул, почувствовав в этой силе нечто ужасно неправильное.

«Вижу, я совершил ошибку, – мягко и задумчиво произнесла сила. – Я новичок в этом деле. Мне не следовало настаивать на информации. Все дело в том, чтобы соответствовать ожиданиям. Даже существо, которому тысячи лет, можно обмануть. Теперь я знаю это по собственному опыту».

— Кто ты? – прошептал Шут.

«Вражда, – сказала сила. – Дай-ка подумать… Я не могу причинить тебе вред. Но ты использовал другую разновидность Инвеституры, чтобы сохранить свои воспоминания, не так ли? Поскольку ты прожил дольше, чем положено смертному, тебе нужно куда-то прятать лишнее. Я не могу заглянуть в твой разум, но я могу видеть эти воспоминания, да?»

Впервые за долгое-долгое время Шут почувствовал настоящий ужас. Если Вражда уничтожит дохи, хранящие его воспоминания…

«Не думаю, что это причинит тебе подлинный вред… – сказал Вражда. – Да, похоже, соглашения моего предшественника позволяют мне…»

Шут остановился посреди коридора в старом дворце Элокара на Расколотых равнинах. Огляделся, склонил голову набок. Ему показалось, или послышался какой-то странный звук?

Он покачал головой и двинулся вперед, отыскивая публику. Он подбросил монету, поймал, а затем резко вытянул руку вперед и растопырил пальцы, показывая, что монета исчезла. Но конечно, она была спрятана в другой руке, зажата в ладони, скрыта от глаз.

— Рассказывание историй, – провозгласил он, обращаясь к пустому коридору, – это, по сути, мошенничество.

Быстрым движением он сунул монету за пояс, продолжая размахивать другой рукой в качестве отвлекающего маневра. Затем услышал звон – что-то выскользнуло из-за пояса. Он остановился и нашел на земле одну из своих фальшивых монет, которые можно было склеить вместе, чтобы они казались единым целым.

Но только одна половина? Она должна быть надежно спрятана в маленьком кармане внутри его рубашки. Он поднял половинку и огляделся, чтобы убедиться, что никто не заметил ошибки.

— Виньетка, сделай вид, что ты этого не заметила, – попросил он.

Но спрена на его плаще не было. Шквальное существо. Неужели она ускользнула, когда он не смотрел? Он приложил руку к голове, чувствуя странную дезориентацию.

Что-то было не так. Но что?

— Самое сложное… – сказал он, пряча фальшивую монету, – заставить всех поверить, что ты прожил тысячу жизней… Почувствовать боль, зрелища, правду…

Проклятие. Что-то пошло не так.

— В рассказывании историй используются те же грязные трюки, – прошептал Шут, – что и в драке в переулке. Всегда бей туда, где не ждут.

Но никто не слушал. Разве раньше за ним не следила парочка приспешников Сья-анат? Он смутно помнил… Виньетка прогнала их?

Шут огляделся вокруг, но потом что-то почувствовал. Покалывание, от которого дохи внутри его словно обезумели.

А-а, ну да. Он этого ожидал; в конце концов, именно поэтому он и покинул башню. Вражда не мог найти его там.

Он прошел в бывшую гостиную Элокара и сделался доступным – видимым, легкодостижимым. Затем, когда существо вошло в неприметную комнату с каменными стенами, Шут поклонился.

— Добро пожаловать, Рейз! – сказал Шут. – Глаза бы мои на тебя не глядели.

«Я заметил твой след на договоре», – с театральными интонациями произнес голос в его голове.