Книга Ритм войны. Том 2, страница 360 – Брендон Сандерсон

«ХОРОШО», – сказал Далинар, выковывая узы.

«Что ты делаешь?»

«СОЕДИНЯЮ ЕГО, – сказал Далинар. – ОБЪЕДИНЯЮ ЕГО».

«С чем?» – прогрохотал Буреотец.

Для столь заблудших созданий они поразительно гениальны.

Размышления Эла в первый из Последних Десяти Дней

Каладин вздрогнул и в замешательстве открыл глаза. Он находился в маленькой палатке. Что за чудеса?

Он моргнул и сел. Рядом оказался мальчик лет одиннадцати-двенадцати, одетый в старомодную униформу. Кожаная юбка и шапочка? Сам Каладин был одет точно так же.

— Как ты думаешь, Дем? – спросил его мальчик. – Может, сбежим?

Каладин озадаченно оглядел палатку. Затем услышал звуки снаружи. Поле битвы? Да, люди кричат и умирают. Он встал и, моргая, вышел на свет. Склон холма, поросший культяпниками. Это не Расколотые равнины.

«Я знаю это место, – подумал Каладин. – Знамена Амарама. Люди в кожаных доспехах».

Шквал, да ведь он на поле боя своей юности. Усталость взяла свое. У него галлюцинации. Лекарь в нем забеспокоился.

Подошел изможденный молодой командир отряда. Буря свидетельница, он не мог быть старше семнадцати или восемнадцати. Теперь этот человек казался совсем юным, сам Каладин был ненамного старше. Командир спорил с невысоким солдатом.

— Мы не выстоим, – сказал командир. – Это невозможно. Шквал, они готовятся к новому наступлению.

— Приказ ясен, – сказал другой юноша, сам почти подросток. – Светлорд Шелер говорит, что мы должны держаться. Отступать некуда.

— Да пошел он в Преисподнюю, – огрызнулся командир, вытирая потные волосы, окруженные струями спренов изнеможения.

Каладин сразу почувствовал родство с бедолагой. Невыполнимые приказы и нехватка ресурсов? Глядя вдоль неровной линии фронта, Каладин догадался, что этот человек по уши увяз: все вышестоящие офицеры мертвы. Людей едва хватало на три взвода, и половина была ранена.

— Это Амарам виноват, – сказал Каладин. – Играет жизнями недоучек в устаревшем снаряжении, и все для того, чтобы создать себе репутацию и добиться перевода на Расколотые равнины.

Молодой командир хмуро взглянул на Каладина.

— Ты не должен так говорить, малыш. – он снова провел рукой по волосам. – Тебя могут вздернуть, если маршал услышит.

Потом тяжело вздохнул.

— Постройте раненых на этом фланге. Скажите всем, чтобы приготовились держаться. А ты, посыльный, хватай своего друга и берите копья. Гор, поставь их в первом ряду.

— В первом? – спросил другой юноша. – Ты уверен, Варт?

— Надо пользоваться тем, что под рукой… – ответил командир и ушел туда, откуда появился.

«Надо пользоваться тем, что под рукой».

Все закружилось вокруг Каладина, и он вдруг вспомнил это поле битвы. Он понял, где находится. Он узнал лицо командира. Как же он сразу этого не заметил?

Каладин здесь уже бывал. Мчался сквозь ряды, искал… искал…

Он развернулся и увидел молодого человека – по-настоящему юного, – который приближался к Варту. У него было открытое, доброжелательное лицо и слишком бодрая походка.

— Я пойду с ними, сэр, – сказал Тьен.

— Ладно, ступай.

Тьен взял копье. Он вытащил из палатки второго посыльного и направился к тому месту, где ему было велено стоять.

— Нет, Тьен, – сказал Каладин. – Я не могу на это смотреть. Только не снова.

Тьен подошел, взял Каладина за руку и повел вперед.