Книга Ритм войны. Том 2, страница 203 – Брендон Сандерсон

— Я нашла ее, – сказала она в ритме примирения. – В конце концов. Комната с горшками.

— Я запишу это. – он кивнул одной из женщин, и та начала писать. – Как тебя зовут?

— Венли.

— Окажись ты человеком, я бы запер тебя до тех пор, пока кто-нибудь не придет за тобой, – или отдал кому-нибудь, кто мог бы вытрясти из тебя правду. Но договор будет подписан сегодня вечером. Я не хочу быть причиной инцидентов. А ты?

— Нет, сэр.

— Тогда как насчет такого варианта? Посидишь здесь, в этой комнате, с нами, еще четыре часа. Как только праздник состоится и договор будет подписан, посмотрим. Обойдется без проблем – ты отправишься на послеобеденное пиршество. Что-то пойдет не так… Ну, тогда и разберемся, да?

Венли настроилась на ритм разочарования, но ничего страшного не произошло. Она, вероятно, получит лишь выговор от сестры. Отчасти ее даже обрадовала возможность посидеть взаперти.

Она кивнула. По правде говоря, она находила действия этого человека удивительно логичными. Держа ее под присмотром, он предупредит любые козни, а если она действительно заплутавшая гостья, у него не будет никаких проблем из-за того, что он заставил ее несколько часов посидеть в этой комнате.

Может, настоять на том, что она слишком важная персона? Нет, не пойдет. Ее поймали так быстро после того, как Улим ушел… Ох, было трудно продолжать притворяться сильной. Ощущение собственной ничтожности не проходило.

Солдат оставил ее, чтобы спокойно поговорить с женщинами, и Венли кое-что разобрала из их разговора. Он велел им сообщить на другие посты охраны во дворце, что подобрал заплутавшую «паршенди», и спросил, не видел ли кто-нибудь еще чужаков, входивших в запретные или подозрительные места.

Венли неожиданно обнаружила, что настраивается на ритм похвалы. Приятно побыть одной… В последнее время Улим всегда был рядом. Она начала думать о том, как бы ей со всем этим разобраться. Можно поговорить с Пятеркой. А еще, как бы больно ни было это признавать, пойти и попросить совета у Эшонай.

Увы, вскоре в открытую дверь ворвался Улим в виде длинной красной молнии. Венли запела в ритме смущения, потом – предательства. Он поднялся по ножке ее стула и превратился в человечка на подлокотнике.

— У нас большая проблема, – заявил Улим.

Она запела чуть громче.

— Ох, да перестань ты дуться, девчонка. Сегодня во дворце Вестники.

— Вестники? – прошептала она. – Здесь? Они мертвы!

— Тише! – сказал он, оглядываясь через плечо на человеков. – Они не мертвы. Ты даже не представляешь, в какой мы глубокой, колоссальной, просто невероятной заднице! Я сперва увидел Шалаш и последовал за ней, потом наткнулся не только на Калака, но и на Нейла. Кажется, он меня заметил. Он не должен был, но…

В дверном проеме, ведущем к посту охраны, возник чей-то темный силуэт. Бородатый солдат поднял голову. Венли медленно повернулась, настраиваясь на ритм тревоги. Новоприбывший выглядел грозно; у него была темно-коричневая кожа, а на щеке – бледное пятно, которое чем-то напоминало узоры слушателей. Он был в мундире, хотя и не такого покроя, как у алети.

Он посмотрел на Венли, потом прямо на Улима, и тот застонал. Затем мужчина наконец взглянул на солдата.

— Господин посол? – спросил тот. – Что вам угодно?

— Я слышал, что вы держите здесь одного из мыслящих паршунов. Это она?