Книга Ритм войны. Том 2, страница 186 – Брендон Сандерсон

Мертвоглазые.

— Шквал, – сказал Вайу. – Их так много.

Вайу был главным конвоиром Адолина во время подобных прогулок. Среди спренов чести он выделялся малым ростом и носил густую бороду, подстриженную как у ревнителя. В отличие от многих соплеменников, Вайу предпочитал ходить полуголым, в старомодной юбке, немного похожей на алетийскую такаму. С крылатым копьем в руках он походил на изображение Вестника с какой-нибудь древней картины.

— А что случилось с теми, кого вы впустили? – спросил Адолин.

— Отвели к остальным. Для мертвоглазых все в них кажется нормальным. У нас просто нет места. Мы не ожидали, что так случится…

Он покачал головой. Рядом с мертвоглазыми не было огней душ; это не было сборищем осколочников в Физической реальности. Мертвоглазые двигались сами по себе, поднимались из глубин, чтобы стоять здесь и безмолвно наблюдать.

В крепости были специальные помещения для мертвоглазых. Хотя Адолин не испытывал особой любви к спренам чести и их упрямству, он должен был признать, что в их обращении с павшими спренами было некое благородство. Спрены чести поставили себе задачу отыскать как можно больше таких бедолаг и позаботиться о них. Они забрали Майю и поместили ее вместе с остальными, но позволили Адолину навещать ее каждое утро, чтобы вместе делать упражнения. Ей не позволяли бродить где вздумается, но обращались довольно хорошо.

А как же быть с таким количеством? Спрены чести приняли первую группу, но по мере того, как прибывали все новые и новые мертвоглазые, крепость поневоле закрыла перед ними ворота.

— В этом нет никакого смысла, – сказал Вайу. – Они должны скитаться по океанскому дну, а не собираться здесь. Что спровоцировало такое поведение?

— Кто-нибудь пытался их спросить?

— Мертвоглазые не разговаривают.

Адолин подался вперед. Вокруг его рук, лежащих на перилах, начал расти розовый пушок: шейдсмарская версия мха, который бурно распространялся из-за кристально чистой погоды.

Расстояние было слишком велико, чтобы отличить одно исцарапанное лицо от другого. Однако Адолин заметил, когда один из мертвоглазых исчез. Эти спрены были осколочными клинками – сотнями клинков, он даже не знал о существовании такого количества. Когда хозяева призывали свое оружие, тела спренов пропадали из Шейдсмара. Почему они здесь? Мертвоглазые обычно старались держаться поближе к хозяевам, блуждая по дну бусинного океана.

— Это какое-то проявление Связи, – сказал Вайу. – Мертвоглазые не могут думать, но они по-прежнему спрены и связаны с духосетью Рошара. Они чувствуют, что происходит в этой крепости, и знают, что справедливость наконец восторжествует.

— Если можно назвать справедливостью, – заметил Адолин, – наказывать человека за то, что сделали его предки.

— Ты сам это предложил, человек, – парировал Вайу. – Ты взял на себя их грехи. Суд, возможно, не вернет в наш мир тысячи убитых, но мертвоглазые чувствуют, что здесь происходит.

Адолин взглянул на другого своего охранника, Альветтарен. Она была в кирасе и стальном шлеме на коротко стриженной голове, причем и то и другое на самом деле было частью ее тела. Как обычно, Альветтарен смотрела вперед, поджав губы. У нее редко возникало желание что-нибудь добавить.

— Настало время для сегодняшней юридической подготовки, – сказал Вайу. – У тебя очень мало времени до возвращения Верховного судьи и начала судебного процесса. Тебе лучше провести его за учебой, а не пялиться на мертвоглазых. Пойдем.