Книга Измена. Любимый захотел другую, страница 4 – Аша Фарт

Я развернулась к Феде.

— Вита... — он стоял, бледный как смерть, и нервно теребил пояс на штанах.

— Федя, — медленно выдохнула. — Ты знаешь, что сейчас будет?

— Я... я все объясню... — он глубоко проглотил слюну.

— Нет, Федя, — я улыбнулась. — Сейчас ты будешь молчать. А потом — умрешь.

Толпа ахнула в предвкушении.

Только я собралась окончательно разобраться с Федей, как из кустов, с шумом и треском, вывалился Игорь — дружочек моего парня. Его лицо пылало, как сигнальный фонарь, глаза были мутными, а рубашка расстегнута до пупа — классический образ солидарного по пьянке товарища. Он шатался, как мачта в шторм, но это не мешало ему орать во всю глотку:

— Вита, ну че ты как стерва себя ведешь! Подумаешь! Ну, Федя загулял чуток. Вы же даже не женаты, чтобы ты ему указывала с кем тусить!

Воцарилась гробовая тишина.

Даже цикады замолчали.

А потом все полетело в ад.

Я почувствовала, как по спине пробежала волна бешенства, горячая и густая, как смола.

Стерва? Стерва?!

— Ах ты ж... — прошипела я, сжимая кулаки.

И тут я вспомнила о своей сумке — тяжелую, кожаную, с металлической фурнитурой.

Идеальное оружие.

— Я вам сейчас покажу стерву! — завопила так, что, кажется, стекла в соседних домах задрожали.

И пошла в атаку.

Первый удар пришелся Игорю по затылку. Звонко. Он взвыл, как подстреленный кабан, и рванул прочь, спотыкаясь о собственные ноги.

Федя, увидев это, чуть ли не протрезвел, бросился за другом.

Но я была уже рядом.

— Куда, Феденька?! — рявкнула я, замахиваясь сумкой.

Шмяк!

Он вскрикнул, пригнулся и рванул к забору, но я уже неслась за ним, не обращая внимание, что порчу свои туфли, впиваясь каблуками в газон.

Наверное, сейчас походила на амазонку. Глаза горят. Подол развевается на ветру.

— ВИТА, ОСТАНОВИСЬ! — орал Федя, оглядываясь через плечо.

— НЕ ДОЖДЕШЬСЯ!

Игорь, видимо решив, что он уже в безопасности, замедлился у лавочки, но не учел одного — попадет всем.

— ААА, ОНА МЕНЯ ДОГОНЯЕТ! — завизжал он, снова ускоряясь, когда понеслась в его сторону.

Толпа зевак ржала, а то-то крикнул:

— Давай, Вита, жги!

Федя, пытаясь спастись, заскочил за дерево, но я резко сменила траекторию и лупанула сумкой прямо по его спине.

— АЙ! ЧТО ЗА ХЕРНЯ?!

— ЭТО ТВОЯ ЖИЗНЬ ХЕРНЯ! — орала я, размахивая сумкой, как мечом.

В конце концов, силы начали иссякать. Я не худышка, каблуки — не лучшая обувь для спринта, а злость, хоть и придавала мне адреналина, но физику не обманешь.

Я остановилась, тяжело дыша, чувствуя, как сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди.

Федя и Игорь, поняв, что погоня закончилась, тоже замедлились, но не останавливались — на всякий случай.

— Все... — выдохнула я, забросив сумку на плечо. — Идите к черту.

И, не оглядываясь, пошла в направлении дома.

За спиной раздался вздох облегчения, а потом — тихий стон Игоря:

— Бля, Федь, ну ты и влип…

Холл офиса был пуст.

Я стояла у огромного окна, прижав ладонь к холодному стеклу. За ним кипела жизнь — люди спешили по своим делам, машины сигналили в пробках, ветер гнал по асфальту осенние листья.

Запах свежего кофе из автомата смешивался с ароматом чьих-то духов, оставшихся здесь после рабочей суеты. Где-то тихо потрескивал кондиционер, пытаясь прогнать духоту. Я вдыхала этот воздух — безличный, ничейный, не запятнанный воспоминаниями — и чувствовала, как напряжение постепенно покидает плечи.