Книга Объявляю тебе войну, страница 39 – Виолетта Иванова

Когда он вернулся в декабре в город и пришел к ней прямо с вокзала, его действия были искренними. Так хотелось обнять ее, зацеловать, назвать любимой. Он с трудом остановился, договорился встретиться с Дарьей вечером. От нее он направился в гостиницу, где его поджидали Илья и Лиза, которые, стараясь сохранять тайну и не узнавание, проскользнули в его номер. И снова поток грязных подробностей о жизни Дарьи, ее черных поступках, заставил его вздрогнуть. Ей приписывали целую кучу любовников, с которыми она весело проводила время, пока он отсутствовал. Когда Илья и Лиза ушли, Филипп задумался — а все ли так, как говорят они, пытаются убедить его в грешности Дарьи? Когда утром служанка принесла ему чистое белье, он спросил у девушки о Карецкой. Служанка вздрогнула.

— Господин, я боюсь ее, она очень страшная.

— Почему ты боишься ее? Она тебе что-то плохое сделала?

— Нет, она мне ничего не сделала, но я слышала, что она…

И служанка стала рассказывать ему какие-то страшные сплетни о Дарье, в которых она чуть ли не на завтрак съедает по младенцу. И все равно сердце не хотело верить во весь этот бред. Когда он на следующий день заехал за Эммой, ему не хотелось продолжать весь этот фарс. Пока они ехали в карете к дому городского головы Филипп решил для себя, что пусть только Дарья скажет ему — «Да», и он уведет ее оттуда, спрячет ото всех. И пусть она что-то делала другим, но для него она всегда будет той, кого он любит.

Эмма сразу же повела себя, как обычная шлюха, стала вешаться на него, как только они переступили порог дома, называть его «любимым», жаться к нему и демонстрировать всем гостям колечко, которое она сама где-то нашла.

— Добрый день, — она улыбалась всем подряд, — познакомьтесь, это мой жених Филипп Максутин, промышленник, владелец заводов.

Филипп шел, сгорая от стыда, не зная, как избавиться от Эммы, которая вцепилась в него, как клещ. Дарья долго не появлялась, он уже стал волноваться. Эмма тоже дергала его и все время спрашивала, когда придет «эта». Он просто стоял неподалеку от городского головы, ни с кем не разговаривая, ни на что не обращая внимания. Филипп ждал, когда откроется дверь и войдет Дарья.

И она появилась в зале, окруженная восхищенными возгласами мужчин и завистливыми взглядами женщин. Высокая, худощавая в платье, которое окутывало ее стройную фигуру, от чего сердце Филиппа замерло на долгую минуту, а потом пустилось вскачь, как настоящий рысак. Она была великолепна. Впервые он увидел ее не в черном, а нежно персиковом платье, которое подчеркивало нежность ее кожи, оттеняло ее кошачьи зеленые глаза. Волосы темными локонами спускались на плечи. Она шла, улыбаясь, смотрела только на него. И в сердце Филиппа зрела надежда, что она ответит ему — «Да», и все будет хорошо.

Она остановилась прямо напротив него, его любимая, его желанная, которую хотелось любить и защищать, быть с ней до конца жизни. Казалось, само солнце идет к нему. Он даже не замечал Эмму, которая теребила его рукав, который не собиралась отпускать. Дарья стола, смотрела на него, словно ожидая от него каких-то слов. Но он молчал, и это молчание затягивалось. Тогда Дарья, не гася своей улыбки, стала говорить. И с каждым ее словом меркло его солнце. А когда она спокойно развернулась и стала уходить, не мог сразу двинуться с места. Он смотрел на ее удаляющуюся спину и умирал. Медленно, по кусочку. Сердце заныло так, что потемнело в глазах. Только через долгую минуту он понял, что должен делать, и Филипп бросился за ней вслед. Но наткнулся на ее тяжелый взгляд и страшное признание — «я любила тебя». Любила. Любила! Она любила его, он подарил ей первый поцелуй, и он разбил их до самого основания, в мелкие дребезги.