Книга Крысиный король, страница 84 – Валерий Шарапов

— Рассеян как никогда, черт бы все побрал! – сардонически рассмеялся Базиль и, глубоко затянувшись, докурил сигарету.

С минуту они молчали. Плотников дал Базилю переварить услышанное, а потом проговорил:

— Мне сложно понять, почему вы убили Вадимченко, но возможно, вами двигала страсть к наживе. Согласитесь, полная баночка алмазов – хороший куш. Но почему вы приказали Кривому убить Бориса Васильева? Чем вам не угодил этот парень?

— Васильев стал много болтать, – просто ответил тот, но, спохватившись, поторопился объяснить: – Понимаю ваше негодование. Васильев и мне нравился. Я время от времени продавал ему заграничные журналы, которые мне присылал брат, вещи какие-то. Парень ведь с золотыми руками был.

Плотников почувствовал к арестованному отвращение. Никакого сочувствия к Базилю испытывать не получалось. Он даже близко не напоминал запутавшегося, испуганного человека, который оступился и оказался на преступной дорожке исключительно в силу неблагоприятных обстоятельств. Нет. Базиль был расчетлив и порочен. Он последовательно и точно претворял в жизнь свои преступные замыслы, тщательно обдумывая каждый шаг.

— Я представился ему как ученый-историк, академик, член-корреспондент… Человек большой, ездит на конференции по всему свету. Привозит оттуда журналы, книги, вещи, а потом продает по сдельной цене, – рассказывал Базиль свою легенду. – Мы таким манером с ним долго сотрудничали. А потом он возьми да заявись в университет. Сказал, что решил этнографом стать. Хотел получить консультацию. Дурак! – хмыкнул Базиль.

— Как вы объяснили ему, что о вас в университете никто не слышал? – спросил Плотников.

— Наврал что-то. Уже не помню, что именно, – пожал плечами Базиль. – Но это не слишком помогло, как вы заметили, – снова попытался отшутиться он. – Вопросы он задавать не перестал. Появились какие-то угрозы, требования прекратить все, чем бы я ни занимался. Тогда я попросил Кривого мальчонку утихомирить. А вот уж он это понял в меру собственной испорченности. – Базиль теперь любовался собственной персоной.

— За что вы так с Алевтиной? – спросил Плотников, и на мгновение лицо его исказила боль сожаления.

— Понравилась? – усмехнулся Базиль – Красивая была, ничего не скажешь. И нежная. Люблю нежных женщин.

— Тогда зачем вы ее убили?

— Выдать меня хотела, – ответил он. – Я перестарался и напугал ее. Не стоило. Такие люди плохо переносят страх.

— А есть те, кто хорошо переносит? – Плотников почувствовал, как на его затылке волосы встали дыбом.

— Есть, – не думая отпираться, ответил Базиль. – Они ломаются первыми. Аля сломалась до смерти.

— Вы убили ее, – напомнил Плотников.

— Пришлось. – Сирге вздохнул. – Я не горжусь этим.

— Поразительно, – выдохнул Плотников. – Отдаю вам должное. Мерзавцев почище вас я еще не встречал.

— Нате, любуйтесь! – заявил Базиль и скрестил руки на груди. – Таких еще долго не встретите.

— Это к счастью, гражданин Сирге, – произнес Плотников и вышел из комнаты, оставив Базиля под конвоем.

Возле храма Василия Блаженного в стороне от туристических групп стояли Михалюк и Миролюбов. Щурясь от яркого солнца, они стояли так, чтобы видеть багажное отделение автобуса и не пропустить момент передачи.

— А хорошо здесь, – сказал Михалюк.