Книга Игра в мафию, страница 130 – Ким Харим

— Чин Сокку, вы задержаны с поличным за покушение на убийство, удержание и избиение. У вас есть право на адвоката…

— Эй, а ордер у тебя есть? Что такое вообще?

Сокку собрался схватить Кичжуна в качестве заложника, и тут его глаза расширились. Он увидел стоящих за полицией людей. У входной двери стояли его дети, семи и шести лет, и жена.

— Папа… – Дети расплакались, а Сокку не двигался. Раздался выстрел, сделанный кем-то из полицейских. Сокку закричал и повалился на бок. Пуля пронзила ему бедро. Хёнгын достал ордер.

Полицейские смотрели на корчащегося от боли Сокку. Ни у кого из них на лице не было ни тени сочувствия. Одинаковые выражения, как в масках. Все безучастно взирали на стонущего убийцу.

По приказу Хёнгына полицейские окружили Сокку. Двое других полицейских отвели его руки назад и надели наручники. Сокку сопротивлялся, но он уже понял. Понял, что это конец. Что теперь ему недоступно не только то, что всю жизнь требовало его чувство превосходства над другими, но даже саму возможность жить на свободе он утратил.

— Вы как? Скорая-то где задерживается?! – выкрикнул Хёнгын, подбежав к Кичжуну, чтобы оценить его состояние, и строго взглянул на полицейских из бригады.

Он, едва не окаменев, смотрел на своего старшего коллегу, который потерял дочь и много лет вел одинокую борьбу за то, чтобы найти ее тело. Боялся, что тот умер. Лицо представляло собой кровавое месиво, глаза не открывались. Тело все в крови. У Хёнгына на глаза навернулись слезы.

Прежде чем уйти с тростникового поля, Кичжун дал ему последние указания:

— Я отключу телефон и исчезну. Жди от меня сообщения. Когда оно придет, установи местонахождение по мобильной сети и приезжай туда с полицией.

Хёнгын не понимал, зачем все это, но без лишних слов обещал все сделать. И Кичжун исчез в гуще тростника.

Как только поступила эсэмэска, он понял, что пора действовать. Стал делать все, что велено, желая, чтобы с Кичжуном все было хорошо, и доложил полиции

Только полиция замешкалась. Сигнал с телефона Кичжуна был установлен, но было сложно определить, в каком конкретно здании из нескольких соседних, а также на каком этаже все происходит. И тут Хёнгын вспомнил про сообщение Кичжуна, запросил у телефонной компании данные по тому номеру, который был там приведен. Оказалось, что номер зарегистрирован на Чин Сокку. Дали его адрес. Место совпало с данными по расшифровке сигнала.

Кичжун не открывал глаза. Хёнгын проверил пульс. Он не прощупывался. Полицейские развязали Кичжуна. Уложив его ровнее, Хёнгын стал пытаться запустить сердце. Его коллеги зажали рану на животе, чтобы остановить кровь. Закованного в наручники Чин Сокку буквально выволокли из квартиры.

— Как же вы так! Пожалуйста! Очнитесь! – кричал Хёнгын, давя на грудь Кичжуна.

Хёнгын был секретным поверенным Кичжуна в его десятилетних поисках. Самый младший сотрудник, которого все еще выкручивало на местах происшествия. Он проработал с Кичжуном на тот момент не больше года и как полицейский не мог остаться в стороне от произошедшей трагедии.

Они вместе прошли такой путь, они достигли такого результата. Как это может закончиться таким образом?

Нет, нельзя, чтобы Хон Кичжун умер так.

«Известность ему принесло совершенное десять лет назад «суставное убийство», но попался он на негромком деле. Удивительно, что с 2017 года преступник работал в полиции. Шокирующие новости: профайлер, профессор Хон Кичжун взял его во время специально организованного эксперимента. Семь лет назад дочь профессора Хона, Хон Хеын…»