Книга Вратарь 2, страница 99 – Дмитрий Билик

Правда, у Психа на этот счет имелись свои планы. Он даже не стал применять магию, ударил чистой энергией Сердца. Последнее он уже не экономил. Видимо, понимал свою скорую кончину. Если не от нас, то от артефакта, которым обладал.

На удивление, меня не пробрало. Я чувствовал исходящую мощь, но это была лишь пыль. Пусть концентрированная, однако даже не преобразованная, в отличие от магии. Псих не пропустил ее через себя, а просто открыл Сердце. А как можно существо, состоящее из пыли, ею же и победить?

Я выдержал первый натиск и шагнул вперед. Злость в глазах Психа уступила место сначала изумлению, а потом отчаянью. Только сейчас я разглядел его более тщательно. Вспухшие вены на руках, потрескавшаяся кожа, испещренное язвами лицо. Мощь погубила его во всех смыслах. Не только разрушила тело, но и заставила чувствовать себя непобедимым. Наверное, он даже забыл тот момент, когда уничтожил Вратаря и завладел Сердцем. А это он сделал явно не грубой силой.

Я окончил мучения Ищущего одним ударом.

Прогресс: 57280/71014

Не самая худшая смерть для него. Теперь осталось лишь двое мелких сошек. Вратари уже вырвались из каменного плена, отошедшие назад возвращались. Я повернулся к смертным, чтобы закончить начатое. И меня окутала тьма.

Напрасно я призывал Огненные сферы, от них не стало ярче. А меж тем кто-то лязгал мечом по доспехам, осыпал неприятными заклинаниями. Спасибо за новую забаву – определи стихию вслепую. Заскрипела корка на лице – лед, защелкало ниже – электричество, стали теплыми доспехи – огонь.

Правда, особого вреда они мне не доставили. Хотя я и не видел Ищущего, но чувствовал его отчаянье. А когда тьма отступила (закончились заряды направления), я разглядел перед собой последнего из паллов на тропе. Он смотрел на меня и даже не думал сопротивляться. Разумно.

Прогресс: 57330/71014

Так, а почему последнего? Мимо меня промчались уже Вратари, а я все стоял и вертел головой. Где-то тут должен быть еще один смертный. Разглядеть его удалось в самый последний момент. Бедолага драпал от нас прямо по стене Палладиума, будто она была обычной дорогой. Человек-паук отдыхает.

Ну, и пусть бежит. Оттуда он не сможет даже забраться в крепость. Я поспешил в Палладиум, понимая, что из-за своей задумчивости уже опоздал. Дело было кончено. Вратари во внутреннем дворе расправлялись с последними смертными, а остальные устремились в глубины замка.

Я стоял в одном из единственных мест в Эзекеле, которое не отхлестывалось дождем, посреди развеиваемых останков Ищущих, хотя ветра и не было. Стоял и размышлял.

Вот Вратари из простых наблюдателей и проводников стали теми, кто приходит и берет то, что им надо. Шаг сделан, рубикон пройден. Даже если никто об этом не расскажет (сбежавшему по стене смертному все равно никуда не деться из этого мира), знаем мы. И как прежде уже не будет. Но… разве это плохо?

— Седьмой, – окликнул меня скоро вернувшийся Балор.

— Брат, вы нашли кристаллы?

— И не только их. Думаю, тебе лучше посмотреть на все самому.

Возвращение в Ядро было напряженным. Да и другим оно быть не могло. Я своевольный болван и должен страдать, что, в принципе, не являлось чем-то новым. Но это полбеды. А вот уход Братьев, опять же, по моей просьбе – залет с эпитетом «редкий». Поэтому не сомневаюсь, отступникам тоже достанется. Но главный «сладкий приз» приготовлен мне. Оставалось надеяться, что шаткое положение уравновесят захваченные кристаллы. И не только они.