Книга Вратарь 2, страница 18 – Дмитрий Билик

Я мучился от внутренних терзаний, глядя на него. Он стал менее могущественным, и значительно… да, черт с ним, человечным. И чрезвычайно мне нравился. Агонетет стал «своим» парнем. Гораздо более открытым, нежели тот же Добряк. Но вместе с этим я считал, что у нас один кандидат на Вратаря Вратарей. И он сейчас стоит передо мной. Только Арей способен поднять Ядро с колен. Кто, если не он?

— Агонететом можно стать лишь раз, – ответил Вратарь. – Я свой шанс использовал. И поддержу любого из Братьев, когда придет их час.

Ага, самое время для карьерной борьбы. У нас же других проблем нет. Вот и Добряк, видимо, был того же мнения. Потому что прервал бывшего Агонетета и стал рассказывать о произошедших только что событиях. Ворчун, понятно дело, во время повествования бубнил нечто невразумительное под нос. А благодушное лицо Арея (на которое теперь и смотреть приятно было) приняло озадаченный вид.

— Дела еще хуже, чем я предполагал, – подытожил Арей. – Сколько у нас осталось Братьев?

— После сегодняшнего боя и прочих… – Добряк на минуту замешкался, – неприятностей, триста девятнадцать.

У меня чуть челюсть на пол не упала. Всего чуть больше трех сотен? Как мы вообще до сих пор миры-то удерживаем? Вот и Арей, озадаченно наморщивший лоб, не выглядел удовлетворенным ответом.

— Я давно говорил Брату, – добавил Драйк, – что необходимо задействовать как можно больше Сердец. Пустых, незаполненных Сердец намного больше, чем существующих Вратарей, – добряк немного подумал и добавил: – Вратарей, которые верны Ядру.

— Давать Сердце каждому встречному?! – хмыкнул Ворчун, посмотрев почему-то на меня. – И что с нами станет, когда начнут проявляться прошлые матрицы? Мы получим армию неуправляемых созданий?

— А что с нами станет, когда Керрикон наберет силу? – возразил Добряк. – Мы нуждаемся в воинах, которых нет.

— Можно привлечь тех Вратарей, что уже есть, но не служат Ядру, – подал голос я.

Нет, ну а что? Раз уж меня сюда пригласили, то грех не озвучить умную мысль. Ладно, наверное, умную мысль. А Старшие Братья пусть уж разбираются, что там и к чему.

— О чем ты, Седьмой?

— Об отступниках. Вы многие века изгоняли из Ядра Вратарей, которые не подходят под определенные правила.

— Не изгоняли. Если быть точнее, они сбегали, – проворчал мой самый «любимый» Брат.

— Не суть, – легко отмахнулся я, о чем сразу пожалел. Благодаря этому жесту мои отношения с Ворчуном вряд ли улучшатся. – Но по мирам разбросаны Вратари, которые когда-то вам не пригодились. Я видел парочку таких в бою. И Хмур, в смысле, наш Брат, преследовавший меня, может согласиться, что они ничем ему не уступают. А уж он воин хоть куда. Думаю, пришло время возвращаться Вратарям домой.

Моя речь была пламенной, словно штаны пьяного туриста, сдуру севшего на догорающий костер. Образ странный, но он почему-то он всплыл в моей матрице. Да так сильно, что я даже потрогал начало ноги с противоположной стороны. Нет там ничего.

Возвращаясь к сказанному, я был собой горд. От Рис, к слову, исходило слабое воодушевление и уважение. Надо же. Жалко, что Братья излишней эмоциональностью не отличались. И сразу срываться с места и бежать на поиски отступников не торопились.

— Твое предложение имеет смысл, – сказал Арей, проигнорировав неодобрительный взгляд Ворчуна, – однако у нас сейчас нет сил на поиски отступников. Бегать по всем мирам в надежде найти Вратаря, который не хочет, чтобы его нашли, занятие неблагодарное.