Книга Временщик 4, страница 8 – Дмитрий Билик

Чернила с последними строчками, где осталось настоящее имя наставника, расплылось грязными кляксами. Слезы текли против моей воли и падали на письмо Охотника. Умершего ради меня и высшей цели. К достижению которой я приближался крохотными шажочками, оставляя после себя выжженную землю.

Моя компашка тихо сидела на кухне, бесцеремонно свалив лут с убитого корла на пол. Залеченный Троуг молча допивал забытое мной пиво, Рис приютилась на табурете подобно бедному родственнику и ничего не делала, а Лапоть аккуратно, чтобы не звякать стеклом, собирал пустые бутылки. Замерли, словно мышки за стеной, почуяв кота. И что интереснее всего, когда услышали шаги, то встревоженно повернули головы. И был в их взглядах испуг, что ли?

— Как ты? — точно смущаясь своего вопроса, спросила Рис.

— Нормально. Телефон мой никто не видел?

— Вот он, — протянула девушка, — ты сам попросил ответить Юле. Так и получилось.

Я взял мобильник и зашел в мессенджер, через который обычно переписывался с девушкой. Забавно, но ближайшие несколько дней наше общение не прерывалось. Никаких сюсюканий и люблю-трамвай-куплю, но вполне теплые разговоры. На все чтение ушло минут двадцать, после чего я удивленно посмотрел на Рис.

— Я типа в командировке, а ты все это время за меня эсемесилась?

— Ну ты же сам не был в состоянии этим заниматься. Исчезни надолго, начались бы вопросы. Сказала, что связь ужасная, ничего не слышно. А вот интернет есть.

— И она поверила?

— Поверила. Тем более после того ужина с ней и твоими родителями поработал один Видящий. Так она пару дней вообще о тебе почти не вспоминала. Родители тоже. Один звонок от матери, взял Троуг, сказал, что простыл.

Я повертел телефон в руках, поджав губы. Учитывая поведение Рис за ужином, не представляю, что она испытывала, когда отвечала Юльке. И ведь за все время общения не отпустила ни одной колкости — я читал. Даже как-то все подходящие слова из головы вылетели. Единственное, что смог выдавить: «Спасибо».

— Да ладно, чего ты, мы же одна банда, — поднялся на ноги Троуг, оторвавшись от самого важного — пива.

Корл подошел ко мне и крепко обнял. От его дружеских проявлений чувств меня замутило еще больше, а голова грозила разлететься на части как новогодняя хлопушка. Однако отстраняться от Троуга я не стал. Тут и Рис из-за гиганта осторожно похлопала меня по плечу.

— Вместе мы со всем справимся.

В довершение всего мою ногу обхватило что-то маленькое и невероятно мохнатое. Будь у меня собака, подумал бы, что той пора на случку, а так догадался, что домовой тоже проявляет свою любовь. Ну или не знаю, как там у них называется. Мне стало как-то неудобно и даже неловко. В нашей семье не принято было выражать свои чувства открыто. А тут…

— Где Лиций? — решил я поменять вектор всеобщего внимания.

Слава богам всех миров, сработало. Троуг перестал меня тискать, да и Лапоть то ли от стеснения, то ли еще от чего «схлопнулся» и зашуршал уже в комнате, убирая постель. Корл же почесал голову и, вроде как извиняясь, ответил:

— Сказал, что ему нет никакого смысла сторожить тебя, раз нас и так двое. Поэтому он пока займется инвестициями. Пришел первый этот…

— Транш от жира бехолдера, — помогла ему Рис.

— И много?

— Больше, чем я думала.

— Хватит полгода безбедно пить, — кивнул Троуг.