Книга Временщик 3, страница 173 – Дмитрий Билик

— Видишь ли, я могу убить любое существо. И для этого мне не обязательно касаться тела, доспеха или меча будет достаточно. Можешь напоследок посмотреть в лицо своей смерти.

Она провела обрубком по щеке, стягивая маску. Культя оставляла после себя кровавый след и тошнотворно пахла свежим, только что разделанным мясом. Но еще ужаснее было ее лицо. Наполовину изъеденное какой-то страшной болезнью, покрытое огромными оспинами, без носа, наполовину прекрасное, не человеческое. Я почему-то вспомнил то самое высокое существо, которое видел в общине возле механоида. И Интуиция согласно мне кивнула. Омега не человек — полукровка, такая же, как и я.

Ее рука налилась жаром, который я чувствовал даже отсюда. Пирализатор собирался уничтожить меня. Однако меч остался холодным. В глазах Омеги, в очаровательных, не тронутых странной болезнью, мелькнуло недоумение.

— «Неразрушимый» устойчив от воздействия Пиролизации и Некромагии, — ответил я на ее немой вопрос. И надавив, отсек и вторую руку. Не всю, конечно, большой палец оставил.

Вот теперь Омега закричала. Может и не столько от боли, сколько от страха. Свежий обрубок фонтанировал кровью, и она пыталась отгородиться им от меня. Спрятаться за культей. А во мне не было ни наслаждения, ни разочарования — лишь пустота. Я поднял меч и отсек ей голову, словно срезал качан капусты. Легко и не напрягаясь.

Вы убили враждебно настроенного к вам Игрока.

Доступна смена направления развития на Пирализатор (необходимо в течение 24 часов оставить текущее направление или выбрать новое).

Вы можете захватить один из Ликов: Жнец, Соглядатай, Отшельник, Беглец (необходимо в течение 24 часов выбрать один из Ликов, в противном случае он будет выбран произвольным образом).

Захвачено умение Обновление.

Захвачено заклинание Туман.

Ваша известность повышена до 16.

Ваша известность повышена до 17.

Ваша известность повышена до 18.

Я повернулся в сторону, где ранее лежал Бранн и никого не обнаружил. Куда-то спылили и двое Ищущих. Видимо, решили, что своя шкура дороже, чем интересы мертвой хозяйки. Той, что превратилась прах.

Я снял черную маску и броня исчезла, будто ее и не было. А потом обессилено рухнул на колени. Меч выпал из руки, пальцы утонули в плотном снегу. Холодный воздух обжигал горло, а слезы струились горячими ручьями по щекам. Я даже не обратил внимания, как из темноты вышли фигуры Игроков. Как один из них отделился от общей массы. Как подошел ко мне и тронул за плечо.

Я поднял глаза на Оливерио и сказал лишь одно единственное слово.

— Почему?

— Нельзя было по-другому, — ответил Магистр и обнял меня.

И только прижатый к этому толстому, рыхлому Видящему, я разрыдался по-настоящему.

Всем нам нужны ответы. Как на вечные вопросы: «Откуда мы пришли? Кто мы? И куда идем», так и на простые, житейские. Любопытство человека не знает границ. И нет ничего хуже, чем оставлять вопросы без ответа. Они начинают терзать тебя, подобно стервятнику, нагнавшему обессилевшего в пустыне путника.

Я смотрел на снующих по недавнему полю боя Видящих и Стражей, но по-прежнему ждал, когда ко мне вернется Оливерио. Тот деловито ходил по развороченному от множества ног снегу и отдавал приказы. В основном по сбору трофеев, что выпали из убитых. Изредка поглядывал на меня, словно опасаясь за Сережино психическое состояние. Зря, кстати, переживал.