Книга Временщик 3, страница 11 – Дмитрий Билик

Я кивал, не сводя взгляда с длинного носа порта. Воздух возле его ноздрей подергивался маревом, а сам дракон приоткрыл пасть, будто насмехаясь. Ну ничего, мы посмотрим кто кого.

— Залезай, — разрешил один из погонщиков.

Ремней тут было поболее, чем на зеве. Но затянуть их мне помогали работники площадки. Один из магов неспешно накладывал на меня заклинания. Как объяснил — от ветра и прочей непогоды. Почему бы и нет, если на халяву?

Когда с приготовлениями закончили, я потянул удила немного на себя и дракон недовольно заворчал. Хлопнул хвостом по поверхности взлетной площадки, сделал несколько шагов, набирая ход, и с силой оттолкнулся от земли. Взмах крыльев, другой, и вот мы поднимаемся все выше, кружа над площадкой. Еще немного и порт стал удаляться от своего дома. Левее, метрах в пятистах, приземлялся самолет, дальше несколько готовились ко взлету. И посреди этого всего, верхом на драконе, обдуваемый ветром, который не причинял неудобств, летел я.

Душу переполняла какая-то детская радость. Такая обычно бывает от совсем простых и чистых вещей, которые нельзя купить ни за какие деньги. Порт ворчал, но не предпринимал никаких попыток саботажа. Да и я держал удила крепко. Благодаря Наездничеству процесс управления был простым и привычным, точно я занимался этим с раннего возраста.

Позади крошечными домиками виднелся кокетливый Париж. Следом, большим кругляшом, окруженный взлетными полосами, остался аэропорт. А впереди радовали взор лишь поля. Я часто дышал, словно мне не хватало воздуха и улыбался. А когда по телу порта пробежала дрожь, мое сердце застучало еще быстрее. Громкий хлопок, и мы исчезли.

Главная хитрость жизни в том, чтобы умереть молодым, но как можно позже. Признаться, с норовистым портом сделать это было очень непросто. После первого перемещения, когда мы оказались уже далеко от погонщиков, дракон решил, что он пилот реактивного истребителя, а под нами благодарные зрители. Поэтому стал выделывать такие кульбиты, что если бы не множество ремней, сделавших нас одним целым, я бы совершил свое первое в жизни свободное падение.

Но после второго перемещения порт вроде как начал мириться с существованием наездника. Да и я уже понял, что с подводной лодки никуда не денусь. Поэтому даже начал немного править драконом. Тот слегка поворчал для приличия, но повиновался. Под моим управлением мы снизились, затерявшись в кудрявых облаках, а потом вновь вынырнули.

Ощущение было странное. Будто ты управляешь маленьким самолетом. Ветер, холод и влага благодаря заклинаниям не доставляли мне неудобств. Зато ощущения свободы и чего-то нереального хоть отбавляй. Порт, наученный погонщиком, напоминал почтового голубя. Он знал куда лететь и реагировал лишь на набор высоты. Если отбросить факт, что земля была далеко внизу, я оказался на своего роде детском аттракционе.

После пятого перемещения дракон стал снижаться. Мы вынырнули из облачной завесы и первое, что бросилось в глаза — центр города с трех сторон окруженный изгибающейся рекой. Он напоминал замок, вокруг которого вырыли ров. Его мы пролетели быстро. Впрочем, как и весь крохотный городок. Берн после Праги меня совершенно не удивил. Зажрался, Сергей Батькович, как есть зажрался.

Аэропорт, как и сама площадка погонщиков невдалеке от него, оказались крохотными. Видимо, авиасообщения здесь не пользовались спросом. Порт сделал круг и стал заходить на посадку. Последний раз взмахнул крыльями и расправил их, снижаясь. Толчок, от которого у меня чуть желудок не улетел в область шеи, и вот мы уже бежим, чуть подпрыгивая по площадке. Последнее движение крыльями, стопорящее дракона и все затихло.