Книга Временщик 2, страница 74 – Дмитрий Билик

Спускаясь по лестнице, позвонил маме. К счастью, причиной её треволнений был не я, а старшая сестра. Выяснилось, что Лильке предложили должность в хорошей компании за рубежом (не без папиной помощи, разумеется), а она: «Видите ли, решила отказаться. Любовь у неё, понимаете. Ты бы поговорил, отец рвёт и мечет. Это неразумно, в конце концов».

И тут меня прорвало. За какую-то минуту я высказал всё. Про талант родителей влезать не в свои дела. Про исключительную способность отца помогать, когда этого никто не просит. Про самостоятельность моей сестры. И что, если даже решение Лильки окажется ошибкой, то это будет Её ошибка. А ничья другая. В конце концов, всё это и называется взрослой жизнью.

Было слышно, что мама смутилась. Она буркнула короткое: «Потом поговорим» и повесила трубку. А я остался стоять посреди своего двора с телефоном в руке и идиотской улыбкой. Как же хорошо иногда выговориться.

— Эй, мужик, ты живёшь здесь?

Передо мной стоял молодой бритый крепыш со знакомым приценивающимся взглядом. Короткая, до задницы, кожанка распахнута. Под ней чёрный балахон с надписью: «Я русский». А за ним четверо молодцев, двое из которых по комплекции могли посоревноваться даже с Троугом. Я оцепенел, узнав за долю секунды и заводилу хулиганов, и его верных миньонов.

— Мужик, оглох что ли. В том подъезде живёшь?

— Ага, — кивнул я.

Ты можешь стать трижды Игроком, убить кучу рахнаидов, победить бога и вытащить друга из-под носа кабиридов. Но вот обычный гопник, который внезапно вырастает перед глазами, заставляет «поплыть». Так бывает, когда тренированный мастер единоборств вдруг встречает на улице какого-нибудь индивидуума «под веществами». И попросту не успевает среагировать, собраться, сконцентрироваться. Нет, надо срочно брать себя в руки.

— Парнишка у вас в подъезде живёт. Такой худой, среднего роста, с чёрными волосами. Лет двадцать на вид. Мы его ищем. Бывшие одноклассники. Друзья, в общем.

Один из недоумков позволил себе гоготнуть, но сразу же получил под дых от приятеля.

— Парнишка? Хм, нет тут таких.

— Точно?

— Точно.

— А дедок? Старый такой, подбухивает.

Я чуть не спросил — он тоже их бывший одноклассник? Страх постепенно ушёл и осталось лишь раздражение. Лёгкая злость за то, что эти недоумки заставили меня испытать не лучшие эмоции.

— Этот живёт. На последнем этаже. Ребят, я тороплюсь…

С трудом протиснулся между ними и пошёл вдоль дома. Гопники переговаривались — допрос явно дал не ту информацию, на которую они рассчитывали. Я завернул за угол и достал зеркало. Благословенная Маскировка — на меня смотрел побитый жизнью работяга лет сорока в соответствующей одежде: синие потёртые джинсы, засаленная зимняя куртка, шапка, сдвинутая на затылок. Отражение дрогнуло и сменилось на моё — то, обывательское.

Надо дёргать отсюда. И заодно решать, что делать с этими недоумками. Конечно, с Маскировкой они меня не узнают. Но сам факт нахождения рядом с моим домом этих неприятных личностей не радовал. Вдобавок, что будет, если они всё же вычислят квартиру? Нет, этот вопрос нужно решать.

Позвонил Юле, поговорили немного, клятвенно уверил, что мы встретимся вечером. Зазноба застенчиво сказала, что к ней приехали родственники и она сегодня не сможет надолго. Понял, не дурак. Был бы дурак, не понял. Пусть и бушевали во мне сейчас гормоны, как у любого нормального мужчины в полном расцвете сил, надо оставаться джентльменом. Или хотя бы пытаться.