Книга Временщик 2, страница 10 – Дмитрий Билик

Но не о том, не о том всё думаю. Надо ещё узнать по поводу Троуга. Только сменить тип похода в гости: не вламываться в дом и диктовать свои условия, а прийти с полным смирением.

Мои размышления прервала знакомая крохотная фигура, мелькнувшая у входа. Тартр подошёл к пергу за стойкой и стал вытаскивать разные склянки. Оранжевокожий придирчиво осмотрел принесённое и отсыпал моему знакомому Пыли. Немного, кстати. Понятно, почему алхимик так радовался, когда обчистил меня.

— Тартр, — негромко позвал я.

Невысоклик обернулся и добродушно кивнул, как старому боевому товарищу. Ага, таких друзей за хобот и в Эрмитаж. Помирать буду, вкатит мне счёт по какому-нибудь левому поводу. Но сейчас алхимик сел, как ни в чем не бывало, и покосился на кувшин. Пришлось просить второй стакан и угощать его.

— Где твой друг? — спросил он, отхлебывая.

— Да так, отошел, по делам. Слушай, Тартр. А ты не знаешь случайно Прыгающего?

Бедняга алхимик подавился пивом и начал кашлять. Пришлось стучать ему по спине. Когда Тартр отдышался, то посмотрел на меня неодобрительно. Мол, предупреждать нужно.

— Зачем он тебе?

— Найти надо. И забрать кое-что.

— Ха, — развеселился алхимик, — тогда я тебе не завидую. Многие пытались обнести Прыгающего. Да только с тех пор их не видели.

— А можно поподробнее. Кто это такой вообще?

— Прыгающий — самый известный алхимик, — сказал Тартр одновременно с завистью и восхищением. — Да и маг он не последний. Раньше тут жил, при прошлом правителе.

— Алхимик? Не учитель твой случаем?

— Нет, — совсем посерел коротышка, — наставник моего учителя. Меня… — он сделал паузу, раздумывая, рассказывать или нет. Однако всё же решился, — меня не взял. Сказал, что алхимической предрасположенности нет. Лавочником я стану, а вот гениальным экспериментатором никогда.

— Расскажи ещё о Прыгающем? — решил я сменить тему разговора.

— Все думали, что он место прежнего правителя и займёт. Всё-таки уважаемый Игрок был…

— Но что-то случилось?

— Пуль со своей бандой случился. Тот сразу понял, что к чему. Стал Прыгающего выживать. Палки в колеса вставлять. Говорят, вроде даже убить пытался. Вот тогда Прыгающий и сбежал. Туда, к горам, — указал Тартр в куда-то в сторону, — перевёз мебель, реагенты, колбы, алхимические столы, книги. Там и живёт теперь. Только самоубийца может сунуться к нему в пещеру. Говорят, она вся в смертельных ловушках.

— То есть, выкрасть, скажем, какой-нибудь эликсир у Прыгающего не вариант?

— Ни хитростью, ни силой это не удастся, — покачал головой Тартр, — скорее пантерфен на горе после дождичка в полную Синюю луну спляшет.

Я не стал уточнять значение этой идиомы, интересовало другое.

— Получается, Пуль и Прыгающий недолюбливают друг друга?

— Это раньше они друг друга недолюбливали. Теперь вражда между ними такая, что и представить трудно.

— А это замечательно, — отодвинулся я от стола, — просто великолепно. Теперь, хотя бы, я примерно понимаю, что надо делать.

Один тотемный зверь с головой полной опилок искренне считал, что лучшим временем для похода в гости является утро. Следовать канону не получилось — на дворе была середина дня. Но отвертеться от посещения верхней крепости Вирхорта не представлялось возможным.

Бастион находился наверху, будто приклеенный сбоку к горе. Издалека маленький, почти игрушечный, вблизи он оказался более чем внушительным. Массивные выпуклые башни, высокие стены, приземистый крепкий донжон. Такую крепость лучше всего штурмовать с воздуха. Потому что с узкой дороги это делать было бессмысленно. С одной стороны идеально ровные отвесные скалы (здесь явно поработали мастера-каменщики), с другой обрыв.