Книга Воплощение, страница 79 – Дмитрий Билик

Юти поглядела на Крепкорукого. Тот смущенно опустил голову и разглядывал свои сапоги. А Санна продолжила. Теперь она плавно и красиво двигала пальцами, точно играя на лютне, и под ними из легкой дымки выходили образы.

— В смутные времена, когда конунги в Землях менялись чаще, чем вина на пирах западных королевствах, а восстание Керая еще не набрал силу, на Севере было неспокойно. Без крепкой руки здесь царило беззаконие и смертоубийство. Каждый ярл брал то, что мог по праву сильного, сжигал деревни неприятеля, вырезал воинов, забирал женщин и скот.

Теперь образы обрели вполне четкие очертания закованных в железо северян. Их топоры и мечи были обагрены кровью, а на лицах читалась звериная жестокость.

— Раендел тогда не был так богат, как сейчас. В то время как Даарен славился своими бойцами. Из-за страха или из-за зависти, но ярлам Хорта и Раендела пришлось объединиться перед предстоящей угрозой. Более того, они победили. Разбили войско Герайна Кровавого, убили его самого и дошли до стен города, вот только Даарен не взяли.

— Что случилось? — подалась вперед Юти.

Дева не заметила, как увлеклась рассказом Санны. В ней ярлы Хорта и Раендела виделись почти братьями: беловолосые, могучие, как старые дубы, а Герайн Кровавый предстал низеньким и невероятно широким в плечах воином. В руках она держал громадную секиру, а ногой подпирал разрубленный череп неприятеля.

— Случился первый правитель Миела, Семиречья, Свободного Севера, Восточных, Ближних и Предельных Земель. После завоевания Запада, сюда пришел Керай со своим воинством. И воспользовавшись дрязгами ярлов, подчинил один клан за другим. Правитель Хорта, ярл Лифур пал в бою и его сын, Лендрик, признал правителем Керая. Тогда как ярл Раендела сразу понял, что силы неравны и преклонил колено ранее.

В видениях Санны Юти впервые увидела Императора. И он показался ей каким-то… неказистым, что ли. Не красив с лица, не одаренн статью, ростом едва ли не меньше Герайна Кровавого.

— Так против воли Хорт и Даарен замирились. Но ни Герайнсон, ни его сын Вирг Бочка ничего не забыли. И могу заверить, что как только Император умрет, Даарен нападет. Хорт может лишь спасти то, что между ними Раендел.

Санна хлопнула в ладоши и видения растворились. Юти заметила, что не одна она была увлечена искусством Инквизитора. Ерикан, всю дорогу находившийся в своих думах, будто бы незаметно приблизился. А Фромвик и вовсе стоял, открыв рот. Может, ему отец и не рассказывал о распрях Хорта и Даарена?

— Потому если сейчас Фромвик Крепкорукий явится к Виргу Бочке с просьбой, то едва та будет выполнена. А если ярл еще каким-то образом узнает, что за Лендриксоном больше не стоит дружина Хорта, то я не дам за жизнь Фромвика и ломаного медяка. Едва ли он уйдет на своих двоих из Даарена.

— Откуда ты это все знаешь? — спросил Крепкорукий.

Юти невольно улыбнулась. В годах Фромвик и Санна были почти равны, может, Инквизитор ушла вперед на пару лет, но именно теперь женщина выглядела спокойной и рассудительной матроной, тогда как северный великан легкомысленным и глупым мальчишкой.

— Многие считают, что можно сражаться только оружием, — пожала плечами Санна. — У Инквизиторов и Изветников нет ни мечей, ни топоров. Мы пользуемся информацией. Вот только воины умирают, а Дом Правды становится все сильнее.