Книга Фортификатор 2, страница 46 – Дмитрий Билик

— Каковы условия? — Как раз затронул эту тему Эймс, лидер фракции «Сребреноликих». Как только он это сказал, послышались возмущенные возгласы, и ему пришлось оправдываться. — Я просто хочу услышать всю информацию прежде, чем принимать решение.

— Главное, что вы должны понимать. Вы приходите в наши Альянсы рядовыми бойцами. Никто не говорит, что вы не сможете дослужиться до офицеров или даже лидеров фракций.

— Ну конечно, — хмыкну Филби из «Джаггернаутов», — так нам и дадут пробиться в офицеры.

А вот тут я промолчать не мог. У меня были определенные планы на этого парня и его фракцию. Они у «Волков» считались не топ-уровня, скорее крепким середняком, однако в клане я не заметил никого в звании ниже полковника.

— В моем Альянсе лидером фракции может стать любой, даже девиант, — пошутил я, — а если серьезно, то один из моих игроков прошел путь от никому неизвестного нейтрала до кланлида. Учитывая, что слотов для фракций предостаточно и Альянс только намеревается расти, шанс есть у всех, нужно лишь проявить себя.

— Не каждый управленец в одном Альянсе, сможет должным образом проявить себя в другом, — парировал Квислинг, офицер все тех же «Сребреноликих». Эх, интересный мужик, да еще не глупый, только боюсь, мне Рёмер не отдаст такое сокровище. И уговор был такой, что он вписывается во все это с тем условием, что двадцать лучших игроков уходят к нему.

— Это все лирика. Еще интересует количество игроков, которые смогут перейти, — продолжил все тот же Эймс. Слишком уж он много вопросов задает для простого интересующегося.

— Пятьдесят, — ответил Рёмер, — двадцать лучших игроков, исходя из рейтинга, переходят к «Зимородкам», еще тридцать в «Шиншиллы».

Я хотел больше. Честно. В этом плане моя жадность не знала границ. Но у Рёмера был свой аргумент — нельзя было позволить, чтобы не ассимиловарованная боевая группа стала больше моей собственной, в противном случае неминуема гражданская война. Ну или нечто подобное. Именно по этой причине, самых сильных заберет он, чтобы у меня не было проблем с топами. Потому что у них авторитет капитана будет не слишком хорошо котироваться. Конечно, я не мог отделаться от мысли, что Рёмер попросту усиливает свой Альянс за мой счет, но ответить мне пока было нечем. Вот и сошлись мы с ним именно на таких условиях.

— Надо думать, — подвел итог Эймс, — сколько у нас времени?

— Восемь часов, — сказал Рёмер. Надо же как подстраховался, Киллер возрождается только через одиннадцать, — когда истечет время, наше предложение перестает быть актуальным.

— Хорошо, в любом случае мы дадим ответ, каков бы он не был.

Лидеры и офицеры фракций стали сдержанно, но достаточно вежливо прощаться, после чего друг за другом отключались от конференции.

— Вроде удачно все прошло, — сказал Рёмер, когда мы остались наедине.

— Согласятся, никуда не денутся. Если не все, то большинство. Я почти с каждым общался наедине. И никакого возмущения не увидел. Так, для фона рисуются.

— Есть еще что-нибудь важное? — Спросил «Зимородок». Теперь наше общение почти каждый раз заканчивалось этим вопросом.

— Нет, пойду в душ. Недавно прилетел. Весь в песке и земле.

— Хорошо. До скорого. И Андрей, ты молодец, хорошего сработал.

И отключился. Хорошо, что ты не видел мой выстрел. Тогда бы твое мнение было не столь лестное. Я уже собрался встать и действительно пойти в душ, когда во входящих высветился новый видеозвонок. Ну кого там черти несут?