Книга Я ухожу, страница 88 – Дмитрий Билик

По поводу отступления, я, конечно, лукавил. Куда нам было отступать? Обращенные все равно догонят и сожрут вместе с костями и говном. А что еще было сказать? Бейтесь пока не умрете во славу императора? Так вроде на римских легионеров мои ребята не похожи. На чокнутых фанатиков тоже.

— Чего стоим? Занимаем позиции. Или у вас компот в ушах?

Моя команда вновь переглянулась. Только вот на меня они по-прежнему не смотрели. Это уже начинало раздражать.

— Шип, пошлушай, – шагнул вперед Слепой и припал на одну ногу. – Шаншов у наш немного. Можно шказать, что их шовшем нет.

— Ты что, предлагаешь сдаться? Вряд ли Голос это оценит.

— Нет, я предлагаю отштупить. Вам вшем отштупить. А мы прикроем.

— Мы?

— Мы, – повторила Громуша. – Я его одного все равно не брошу. Ты, Шип, сначала послушай, а потом уже спорь. Я много чего плохого в жизни сделала. Оттого и туда попадать боялась. Да и Слепой тоже не ангел. Но чем больше я Городе вижу, тем яснее к мысли прихожу, что правильно все. И за каждый поступок, плохой или хороший, придется когда-нибудь ответить. Так чего от самой себя-то бегать?

— Может нам тогда прямо сейчас всем и умереть?

— Может, – серьезно ответила Громуша. – Мальчонку только жалко. Он же сюда ни за что попал, можно сказать. Ты же вспомнил все, так, Шип? По глазам вижу, что да. Вот и я вспомнила. Да и Алиску тоже жалко. По жизни она прошмандовкой, конечно была, да ведь девка неплохая.

— Пошла ты жопу, – возмутилась Алиса, но как-то уж очень тихо.

— И суку этого, Голоса, конечно наказать надо. А для этого мы тебе со Слепым не нужны. Да, Костя? – спросила она старика.

— Да, Люда, – слабо улыбнулся тот и поглядел на меня. Глаза Слепого наполнились слезами. – Понимаешь, Шип, я ведь тоже вше вшпомнил. Получаетшя, вроде как и моя вина, что мы тут вше оказалишь.

— Это все, конечно, хорошо. Благородство и все дела, – кивнул я головой. – Вот только вы забыли один момент. Пока я командую, то никто и никем жертвовать не будет. Поэтому живо занимать позиции и готовиться к бою.

— А я вам говорила, – фыркнула и пожала плечами Алиса.

Я благодарно посмотрел на нее. Хоть кто-то верит в старого ветерана. Нет, честное слово, предлагать подобное мне – почти оскорбление. Будто я только и делал всю дорогу, что прикрывался своими близкими.

— Я что-то не понял. Это что, бунт? – набычился я.

Крыл мгновенно перешел в боевую трансформацию и подлетел к Слепому. Старик, которого, как выяснилось, зовут Константин, с грустным вздохом поднял руки и позволил унести себя на крышу. Так-то лучше. А то организовали тут общество пожилых суицидников.

— Шип, – подошла ко мне Алиса. – Пожалуйста, береги себя.

— Постараюсь.

Пассия обняла руками и страстно поцеловала меня. С языком, по-взрослому. Даже, наверное, чересчур страстно, вдобавок прикусив на прощанье губу. В ее глазах плескалось какое-то озорство. И тут я легкой грустью понял, что, возможно, вижу ее в последний раз.

Да, у меня были артефакты, способности, но такое ощущение, что Голос не зря послал вместе с обращенными полукровку. Будто он что-то знал. А сдается мне, этот засранец знал многое.

Пусть большинство демонов и не были семи пядей во лбу, но опыт имели колоссальный. А если уж ты управляешь Городом не одну Эру, у тебя этого опыта как говна за баней.