Книга Я ухожу, страница 32 – Дмитрий Билик

— Ты недооцениваешь сыновей Несущего Свет. В нас его кровь.

Я чуть не ляпнул, что явно сильно разбодяженная. Зато неожиданно родился вопрос, который интересовал меня давно, но все не мог сформироваться в нечто осмысленное.

— А Жрецы? Они тоже как-то относятся к Несущему Свет?

— Относятся, – с некоторым неудовольствием сказал Тощий. – Они существа иного порядка.

— Погоди, погоди, – запоздало понял я. – Получается, если вы демоны, то они…

Я осекся. Мои стереотипы об ангелах рисовали белых и пушистых полулюдей-полуголубей. В хорошем смысле этого слова. Нимбы там, замечательно выставленное освещение, подчеркивающее нужные места и все такое. Но эти фанатики, с которыми пришлось не так давно столкнуться, жестко рвали все шаблоны. Вспомнилась фраза Молота, что Жрецы не подчиняются Голосу, лишь делают то, что должны. И теперь хотя бы стало понятно почему.

— Ты смертный, – с явным презрением ответил Тощий. – И смотришь на некоторые вещи слишком узко и ограниченно. Мы все делаем общее дело. Каждый по-своему.

— Что не мешает вам ненавидеть друг друга.

— Не мешает, – согласился Тощий. И сразу поменял больную для себя тему. – Ты неплохо справился со смертными. Что придумал теперь?

Ну, если потеря почти половины личного состава для демона «неплохо», то я даже боюсь представить, что у них считается провалом. Типа, не жалей никого, геенна огненная еще нарожает? Впрочем, вполне может быть.

Правда, в данной ситуации признание собственных заслуг в лице Тощего мне было только на руку. Главное правило армии – любую херню делай с уверенным видом. Начнешь сомневаться – сожрут. Кто же знал, что это будет работать и на том свете.

— Спустимся вниз и станем убивать Жрецов небольшими группами, пока не уничтожим всех…

— Хороший план, мне нравится, – перебил меня Тощий.

Впору было разбить лицо об ладонь. И это еще я смотрю на некоторые вещи слишком узко и ограниченно? А ведь даже договорить не успел.

— С помощью благословения Несущего Свет, я могу чувствовать Жрецов. Поэтому мы будем избегать их большого скопления. Только необходимо быстро перемещаться и слушаться меня. Беспрекословно.

Я лишь потом подумал, что в случае с Люцифером благословение звучит не вполне уместно. Однако Тощий зацепился на другое слово.

— Беспрекословно, – скривился он, точно участвовал в бешеной оргии со слишком широко открытым ртом.

— Ты же хочешь стать Голосом? Мудрые правители иногда делают шаг назад, чтобы потом сделать два шага вперед.

А еще добывают мне артефакт и умирают. Потому что больше не нужны.

— Хорошо, будь по твоему, смертный.

— И еще, кое-что, брат. Мне нужен телохранитель. Пусть это будет не самый сильный из сынов Несущего Свет. К примеру, тот брат, которого я освободил.

К моему удовольствию, Единорожек смог выжить в заварушке. Правда, не столько из-за удивительной доблести и отваги. Он попросту оказался самым медленным из всех. И лишь краем зацепил общее сражение. Где себя почти никак не проявил. Что для меня оказалось же просто идеально.

— Забирай, – махнул Тощий своей длинной щербатой рукой даже с некоторым пренебрежением. Словно сам не знал, что делать с непутевым демоном. То в плен попадет, то до великого сражения не добежит.

Тощий несколько раз громко щелкнул ртом, присовокупив какой-то еще странный звук, отдаленно похожий на некий свист, и Единорожек подбежал ко мне.