Книга Аховмедская святыня, страница 130 – Дмитрий Билик

— И сколько таких Черных ходит по Моршану? — помрачнел Аристов.

— Вряд ли здесь их армия. Сомневаюсь даже, что есть еще один подобный. Все же производство самих механоидов — посмотрите, как искусно сделан! — довольно трудоемко, а уж про артефакт я вообще молчу. Это рукотворное творение, едва ли конвейерное.

Витольд Львович осторожно потрогал грудь Черного, видимо, пробуя, остыл ли металл. Немного повозился, ощупывая пальцами каждую мелочь, куда-то нажал, и одна из пластин, подобно цветочному лепестку, вдруг отошла, обнажив угольное сгоревшее сердце. С великой опаской Меркулов прикоснулся к утратившему силу артефакту, но от легкого прикосновения «сердце» осыпалось на мостовую множеством мелких частичек. Титулярный советник вздохнул и поднялся.

— Боюсь, секрет этого артефакта потерян.

— Может, удастся хоть что-то сказать по его остаткам, — предположил Аристов, на что Меркулов лишь пожал плечами.

— Павел Мстиславович, у меня к вам большая просьба, оставайтесь теперь здесь. Нельзя допустить, чтобы кто угодно прикасался к Черному. Вы ведь знаете наш народ, растащат для бытовых нужд. А я, как смогу, к вам пришлю кого-нибудь.

— Как же вы? Ведь предатель, тот, кто послал Черного, еще жив и вполне себе здоров. Думаю, вряд ли он будет сидеть и ждать. Именно теперь надо брать этого голубчика за грудки.

— Именно этим… — Витольд Львович отошел на несколько шагов, присел возле уроненного механоидом кошелька и принялся собирать монеты. Некоторые были оплавлены, но другие оставались вполне пригодными для торга, — я и буду сейчас заниматься. Понимаете, Павел Мстиславович, в деле с Черным нужна была невероятная сила или мощная магия. По-другому его не победить. А вот чтобы одолеть предателя из полицмейстерства, нужно нечто другое.

— Что же?

Витольд Львович улыбнулся, явно довольный собой:

— Немного хитрости и возможность заманить противника в его же ловушку.

— Витольд Львович, родненький, я уж приготовила все, — хозяйка встретила их на входе.

Каких усилий стоило Миху уговорить старую перечницу предоставить им комнату на втором этаже, только одному Господу известно. Ведь та что хотела: чтобы плату предоставили ей согласно стоимости недельного проживания — дескать, посуточно она не сдает. Как уж с ней орчук ни ругался, не отступалась карга. Поняла за недавнее время: хоть и выглядит Мих грозно, однако нрава — самого смирного. Человека почем зря не обидит; если не заслужил, даже слова бранного не скажет. Тем и пользовалась. Пришлось даже пригрозить, что съедут. На том и порешили, что сдаст она им квартиру, но денег как за два дня возьмет.

И то Бурдюков хотел «висельную» комнату взять. Это где студент-бедняга себя кончил. Она и через стену от них, но, как назло, туда уже другой постоялец въехал. Чиновник какой-то. Судя по месту жительства, самой плохенькой руки. Потому пришлось напротив хорониться.

До того, как в «засаду» сесть, велел Витольд Львович топчан орчуковский свернуть, да и вообще в их квартирке прибрать. А то придут скоро… Мих на то лишь хмыкнул: смысл порядок наводить, коли все равно обыскивать будут? Но пока Витольд Львович в наемной квартире располагался, все исполнил. Даже окошко открыл, свежий ночной воздух впустить А потом и за хозяином пошел.