Книга Межевик, страница 37 – Дмитрий Билик

Но тут неожиданно меня удивил жиртрест. Он замер и стал судорожно втягивать носом воздух, как какая-нибудь гончая собака.

— Витя, ты чего, простыл?

— Сдобой пахнет… и… Не могу настроиться, твои бутерброды с толку сбивают. Доставай-ка их быстрее.

Мы часто либо знаем, либо догадываемся, что конкретное действие приведет к обману. Но все равно его делаем. Не знаю, что служит тому причиной: вера в лучшее (что при угрюмости нашего народа вообще нонсенс) или желание обманываться. Но, наверное, именно поэтому мы без всяких раздумий по несколько раз влезали в тот же МММ.

Я примерно догадывался, в чем состоит истинная цель просьбы жиртреста. Но все равно покорно вытащил бутерброды и смотрел, как те аннигилируются в бездонном чреве Вити. Правда, в данном конкретном случае судьба вознаградила меня за веру в человечество. Если, о нечисти можно так говорить.

— Тут стой, — махнул мне рукой жиртрест и неловко шагнул вперед, втягивая носом воздух.

Я на всякий случай сделал то же самое, пахло хвоей, древесной корой, прелой прошлогодней листвой, только что освободившейся от снега, смолой, нагретой на капризном солнце, сырой землей и талой водой. Нет, приятно, что ни говори. Я вдруг понял, что давно не выбирался вот так вот в лес, хотя жил в месте, которое к этому будто бы располагало. Но сейчас созерцать красоту как-то не получалось, в голове сидело, что мы здесь с определенной целью. Да и все больше походивший на собаку Витя тоже настораживал.

Теперь он встал на колени, оперся на руки и напоминал пылесос, который работал с небольшими перебоями. И еще проговаривал:

— Мука белая, сахар, дрожжи… Тесто поднимается, как живое. В печь его, в печь. И еще сахарком сверху. Плюшечки, мои плюшечки…

Внезапно он рванул вперед. Вот именно что рванул — эта бесформенная масса неправильных привычек, избыточных калорий и быстрых углеводов. Да так проворно, что мне пришлось очень постараться, чтобы не отстать от него. Я даже закинул «Сайгу» обратно за спину, чтобы не мешалась.

Витя бежал как пьяный человек, очень сильно опаздывающий на поезд. Он то ускорялся на своих двоих, то резко терял равновесие, начиная отталкиваться руками от земли, и иногда петлял из стороны в сторону. И постоянно бормотал себе под нос что-то о плюшках и сахаре.

Бежали мы не сказать чтобы долго — около трети часа. Меня только немного настораживало, что мы уже сошли с тропы, а хлебные крошки за собой я так и не раскидывал. Во-первых, их не было, во-вторых, тогда бы имелся риск, что Витя бросит свою уникальную систему поиска и начнет эти крошки поджирать. Почему-то вспомнился фильм «Гаттака», где главный герой так объяснял природу своего успеха: «Хочешь понять, как я это делаю? Все очень просто — я не берегу силы на обратный путь». Может, в данном конкретном случае это было вполне оправдано.

Наконец брюхач остановился, неуверенно втягивая воздух, после чего прижал палец к губам и указал вперед. Я в очередной раз снял со спины карабин и, чуть поколебавшись, все же «накинул» на окружающее пространство «Невод». Только теперь мне стало понятно, почему это заклинание назвали именно так.

И кроме пары дурных белок я нащупал еще кое-что. Самое интересное, что только можно было найти: рубежника (я явственно ощутил его силу) и нечто невероятно странное рядом с ним. По форме оно напоминало футбольный мяч, но вместе с этим было явно живым, потому что подкрашивалось знакомым фиолетовым цветом.