Книга Вторая столица, страница 82 – Дмитрий Билик

— Если все выгорит с этим Илграном, то нам в любом случае надо найти где-то еще одного жреца. Не устраивать же столичный кастинг на роль жреца великого Лока…

Так, думай, думай. Жрец нужен, срочно. Всего два дня сроку дали. Дендроиды там не навечно приставлены. Где же взять хорошего лентяя? Они же с неба не падают и на дорогах не валяются. Внезапно мой взор упал на сидящего у перекрестка попрошайку. Тот незатейливо поднимал голову, изредка бренчал монетами в жестяной кружке, когда кто-нибудь проходил мимо. И тут в голове щелкнуло, будто кто-то переключил тумблер. Ну конечно!

— Хло, я вроде придумал, кто будет третьим жрецом.

Москва, Кутузовский проспект, машина Гурьева Михаила Геннадьевича.

— Вот оно как, Пашенька.

Еж вздрогнул. Это были первые слова Геннадьича, произнесенные за последние два часа. До этого шеф хмурился, шевелил губами, будто разговаривая сам с собой, многозначительно смотрел на своего подчиненного, но упорно молчал. И вот только теперь, когда они отъехали от офиса, вдруг заговорил.

— Что оно? — Аккуратно поинтересовался Еж.

— Слить меня хотят, суки. Предложили долю выкупить. Да так предложили, что хрен откажешься. Говорят, что мои действия безосновательны и ведут компанию к краху. Все разговоры мои слушают. Кабинет, наверное, напичкан жучками.

И только теперь Еж облегченно выдохнул. Шеф не сошел с ума и не разговаривал на работе с призраками и другой нечистью, выпучивая глаза. Все нормально. То есть по факту все хреново, но что босс в порядке, это уже неплохо. Теперь остается выслушать план. А он точно есть. Не мог Геннадьич провести полдня, тупо жалея себя любимого. Не из той породы мужик.

— Делать что будем, Михаил Геннадьевич?

— Действовать на опережение, — сказал шеф ровным голосом, будто речь шла о выборе йогурта, а не многомиллионной компании, и уставился в окно, разглядывая пробку.

Еж не мешал. Он знал, в голове Геннадьича сейчас крутятся минимум три-четыре возможных плана. И босс соединяет их, вычленяет из каждого лучшее, а ненужное безжалостно отбрасывает. Надо лишь немного потерпеть. Сам все скажет.

Паша задумался о своем, поэтому, когда раздался голос шефа, он снова вздрогнул. Что-то стал в последнее время слишком чувствителен, как баба какая-то. Размяк после того случая со Стрельцовым.

— Если гора не идет к Магомету…

— То Магомет идет к горе, — продолжил Еж.

— Нет, Пашенька, — повернулся Геннадьич и недобро улыбнулся, — то Магомет думает, нужна ли ему эта гора? Все время она мешается, вид загораживает. А потом еще выясняется, что вроде и горе без Магомета лучше будет. Не по понятиям гора живет.

— Чего-то я не понимаю, Михаил Геннадьевич.

— Если гора не идет к Магомету, то ее надо устранять. Разламывать, взрывать, раздалбливать. Теперь понимаешь?

— Всех? — Прошиб Ежа холодный пот. — То есть всю… гору?

— Всю, Пашенька, всю! А то видишь, оказывается, гора находится в сейсмоопасной зоне и не сегодня-завтра не ровен час землетрясение будет, вдруг осыпется. Понимаешь, о чем я?

— Понимаю, Михаил Геннадьевич, — чужим, сиплым голосом ответил глава охраны.

— И каким способом ты это будешь делать, мне неинтересно. У тебя карт-бланш, полная свобода действий. В средствах тоже ты не ограничен. Единственный момент, сроки. Я бы очень хотел, чтобы послезавтра уже все разрешилось.