Книга Вторая столица, страница 70 – Дмитрий Билик

Я попытался приподнять Лока. Такое ощущение, что кто-то только что приехал с лета от бабушки. Нарастил бока за века ничегонеделания, сволочь ленивая. Нет, так я себе спину сорву или пупок благополучно развяжу. Обошел лежащее тело, лег на землю, упершись плечами в Лока, досчитал до трех и резко оттолкнулся ногами. Есть! Туша нехотя повернулась, и Ленивец упал на бок. Как говорится, технология апробирована, осталось довести дело до массового производства.

Таким образом, матерясь, утирая пот и изредка отдыхая, я докатил Бога до края воронки. И вот тут произошло самое странное, что я видел в этом мире. Пространство будто исказилось, как обманывает глаз теплый воздух над костром морозным вечером. И нечто, что, наверное, с большой натяжкой можно было назвать эфиром, потянулось к Локу. Оно сплеталось в нити и клубы, вертелось в вихре воронок, затягивалось в узлы, но все же стремилось к Богу.

И Лок открыл глаза. Сил у него все еще было мало, это я понял по трясущимся рукам. Ленивец даже не пытался встать на ноги, вместо этого он утопил пальцы в земле и, преодолевая огромное усилие, пополз к центру воронки, как раненый и слабый паук. Эфир возмущался, колыхался вокруг, зачастую шарахаясь от непрошеного гостя, но еще чаще стремясь к нему. И тогда я понял. Сейчас Лок поглощал прану от Серых Богов, благосклонных к нему. А вот сила Темных и Светлых не стремилась оказаться в руках враждебного Перворожденного.

Но ее никто спрашивать и не собирался. Лок уже поднялся на ноги и начал шагать вперед. Сначала неуверенно, покачиваясь, как контуженный, но постепенно все более и более твердо. А когда он достиг центра воронки, мне даже показалось, что Бог стал больше раза в полтора. Эфир вокруг бесновался. Еще совсем недавно он вяло изгибался, а теперь мелькал многочисленными изгибами, как проткнутый иглой червяк. И эфир заполнил собой все пространство воронки. Казалось, это была невероятной длины линия, становящаяся то широкой, то узкой, то черной, то белой, то почти прозрачной, то набухающая цветом. Но даже я замечал, что неведомая сила древних артефактов Богов все сильнее и сильнее сжимается вокруг Лока, словно ее заключили в некую сферу, которую сдавливали. И, несомненно, главную причину этого действа я сейчас наблюдал. Мой патрон, ленивый Перворожденный, стоял, широко раскинув руки и впитывая силу. Блин, не хватало ему только плаща, черного шлема и хриплого дыхания.

Сфера сжалась в груди Лока, и все прекратилось. Я не только увидел это, но и почувствовал. Воронка больше не фонила, похоже, что сам Бог теперь ходячий плутоний 239. Он будто подтвердил мои слова, крикнув снизу.

— Беги! Как можно дальше! Беги!

И я послушался. Не потому что был хорошим мальчиком и с почтением относился к старшим. А по одной простой причине. Испугался. Голос Лока сейчас звенел тысячей чужих голосов, он рвал реальность, не в силах сдержать такую чудовищную мощь. Мне почему-то вспомнился сон с Матерью. Там было точно так же. Этот мир не мог ее вынести, потому распадался на части. Ох, божечки мои.

Я рванул с такой скоростью, с какой стартуют не все олимпийские чемпионы. В этот момент мне очень не хотелось бы, чтобы Лок в своей новой ипостаси случайно задел меня. Я даже успел пожалеть о своем замысле. Ну чего потянуло делать из патрона сверхновую? Был обычный середняк из низшей лиги Перворожденных. Что называется, не жили богато, нефиг и начинать.