Книга Перерождение, страница 143 – Дмитрий Билик

Но вот Юния… Нечто, родившееся сначала из откровенной вражды, позже сменилось приятельством, дружбой, а закончилось тем, о чем говорила Яга. Да, это не было похоже на удар током, бурю с первого взгляда. Но разве оттого было не настоящим чувством? Поэтому пусть и с некоторой паузой, но я все же ответил:

— Да, я люблю ее.

Яга взмахнула руками. Так обычно бывает, когда кто-то набедокурил и сотворил откровенную глупость, которую уже не исправить.

— Раз уверен, иди, — махнула она мне. — Бог с тобой.

Я с опаской развернулся, готовый действительно ко всему. Что я внезапно превращусь в какое-нибудь странное существо. Что вдруг забуду обо всем, как и стращала богиня. Или свет окончательно погаснет для меня, как в какой-то период жизни бывает с любым человеком, и больше не зажжется никогда. Но пока никаких изменений не происходило.

Поэтому я медленно поплыл обратно, пытаясь унять внутреннюю тревогу. Я страшился я не того, что может произойти со мной, а возможных метаморфоз с Юнией. Вдруг что-то пойдет не так?

Постепенно свет позади померк. Я плыл и плыл, чувствуя, что с каждым движением конечности наливаются свинцом. Словно я стал губкой, которая впитывала всю жидкость. В какой-то момент я хлебнул воды первый раз, второй, третий. И только тогда уже окончательно понял, что тону.

Тело стало деревянным, непослушным. Сигналы от мозга совершенно не доходили до мышц. Меня можно было даже сравнить с поленом, которое плывет туда, куда его несет течение.

В голове родился возмущенный вопрос: «Вот почему такие сложности?». Неужели нельзя было убить меня там? Нож в печень — никто не вечен и все такое. Неужели Яга действительно хотела, чтобы я помучился.

Правда, не успел я возмутиться коварностью хранительницы Источника, как крепкие руки схватили меня за шкирку и выволокли на берег. Кашляя и отплевывая воду, я судорожно пытался дышать. Казалось, тело работает на последних ресурсах, вот-вот норовя отключиться. Ну уж хрен, теперь поборемся.

Я с трудом поднял голову и увидел Юнию. Вот уж с кем не произошло никаких изменений, разве что, я не чувствовал никакого хиста. Она была… человеком. Самым обычным.

Все тело свело сильной судорогой, которую в любой другой момент можно было бы назвать припадком. Но, наверное, это оказалась единственная возможность отреагировать на случившееся. Радость накрыла меня с головой.

— Юния, — прошептал я, осознавая, что даже на разговор уходит слишком много сил.

— Юлия, — поправила она меня. — Матвей, я не все помню, но точно уверена, что меня зовут Юлия. Юния — это какое-то слишком чужое имя. Словно кличка собаки.

— Точно… Но меня ты помнишь?

— Вот ты дубина стоеросовая, конечно, помню. Тебя забудешь. Только ты… был немного моложе. Или мне кажется?

Я с трудом склонился над водой, разглядывая свое отражение. Было невероятно темно, но все же удалось различить глубокие носогубные морщины и проседь в волосах. Не критично, но лет десять Яга у меня забрала. И на том спасибо. Хотя…

Я рванул руку к груди, трогая ровную область в районе сердца, и судорожно вздохнул. Пока наконец не нащупал один рубец. Один рубец!

— Что-то не так? — спросила Юлия. — С тобой случилось что-то плохое? Я не помню, как мы здесь оказались.

— Нет, все отлично. Я просто избавился от ненужного. Можно сказать, мне дали второй шанс.