Книга Источник, страница 14 – Дмитрий Билик

Мне стало не по себе от его слов. Особенно про «не как рубежник». Хотя бы потому, что я сам не вполне понимал, кем теперь являлся Форсварар. Он действительно был не совсем рубежником, как тот же волот, но в то же время сознание и память остались. Меня на мгновение посетила страшная мысль — что, если я создал того, против кого пытался бороться? А призыв Царя царей лишь активировал его. Нет, Мотя, ты параноик.

— А недавно, когда вы услышали короткий отголосок Царя царей, он опять изменился? — спросил я на всякий случай.

— Да, словно отрешился от всего. А после, когда Анфалар принес тебя, напротив, стал энергичнее. Все время только и делает, что пытается выведать что-то про тебя. И Безумец рассказывает.

— И что делать, Лео?

— Не знаю. Просто я решил, что ты должен знать.

Когда мы вернулись, я снова встретился с Форсвараром взглядами. И бывший правитель улыбнулся. Будто бы даже располагающе, только мне показалось в этой улыбке нечто неживое, вымученное. А когда я сел, Форсварар заговорил. И все неожиданно замолчали, потому что все это время бывший правитель заговорил.

— Матвей, расскажи, что произошло на Стралане. И как ты оказался близ Фекоя? Без чуров.

Стражники загалдели. Видимо, многих интересовал этот вопрос, но то ли у них не хватало духу его озвучить, то ли они стеснялись. Я поглядел на Анфалара, тот сидел совершенно спокойно, словно отец в присутствии детей. А я на мгновение замешкался.

— Юния, следи за Форсвараром, — шепнул я, делая вид, что пью из кубка.

— Сс… поняла.

А сам решил, что почему бы и действительно не рассказать. Пусть фекойцы, а вместе с ними и вся Скугга понимают, что в мой мир пришел Тот-кого-нельзя-называть. Может, получится создать какую-то коалицию. Ведь нежизнь все не любят еще больше, чем манную кашу с комочками.

И я стал рассказывать. Пусть не все и не с самого начала, но не обходя вниманием то, что один старый и дурной кощей решил провести обряд, чтобы впустить в свое тело Царя царей. Стражники слушали меня, как учительницу биологии в восьмом классе. Разве что без пунцовости на щеках и всяких смешков.

Еще я немного смазал наше бегство, на став говорить, как именно удалось применить реликвию и что с ней стало потом. То есть вроде как каким-то образом открылся проход в Скуггу, ну мы в него и запрыгнули.

Когда я закончил, наступила гробовая тишина. Словно я только что признался, что по вечерам мучаю кошек. Хотя чего тут удивляться — Царь царей, как и нежизнь, был истинным злом. Если раньше казалось, что обитает он где-то очень далеко и беспокоит остальных лишь во время редких радиоэфиров, то появление сумасшедшего, впустившего в свое тело первожреца нежизни стало неприятным сюрпризом. Хотя бы потому, что это означало — никто не застрахован от того, что Царь царей не может появиться в Скугге.

— Матвей! — одновременно закричала Юния, выпрыгивая из Трубки и становясь между мной и Форсваром.

Бывший правителя Фекоя вскочил на стол молниеносным прыжком. Еще секунда и он бы добрался до меня. Зачем? Ну, существовало много всяких вариаций, однако ни одна из них не заканчивалась словами — жили они долго и счастливо.

А потом произошло и вовсе неприятное. Лихо успела вцепиться в горло Форсварару, однако на обезумевшего рубежника это никоим образом не подействовало. Я лишь запоздало понял причину данного события. Никаким рубежником этот тип уже не был.