Книга Ларь, страница 29 – Дмитрий Билик

Я опять вспомнил про Гришу и мне стало его искренне жаль. Проснется завтра мой несчастный бес и решит, что у него белая горячка.

— В этом доме никто не живет, — твердо заявил чур.

— Я даже могу сказать почему. Эй, Былобыслав, ты куда? А ключ там передать, провести экскурсию.

— В этом доме не живет никто из людей, — повторил чур с некоторым нажимом. — Если какой-нибудь рубежник поселится здесь со своей… нечистью, то никто и слова не скажет. Ключи передавать нет смысла, потому что дверь открыта. Их можно будет найти где-нибудь внутри. Видимо, ты не совсем понял мои слова по поводу того, что чуры не ведут дел с рубежниками.

Вот теперь до меня окончательно дошло. Былобыслав выступал сейчас в роли агрегатора такси, который оказывал исключительно «информационные услуги». Мол, проболтался по поводу того, что «дом свободный, живите кто хотите». А за последствия он ответственности не несет.

Правда, чур жутко напрягся, когда я пошел за ним, обратно, к сауне.

— Былобыслав, не переживай, я просто за машиной. У меня там вещи.

Уже через четверть часа, победив ворота и загнав Зверя на заросший бурьяном участок, я инспектировал жилище. Из плюсов — три небольшие комнаты и крохотная кухонька, такое ощущение, что даже меньше, чем в хрущевках. Из минусов — все остальное. Туалет на улице, газа нет, судя по дыму, который повалил в дом, труба у печки забита наглухо. А еще все было покрыто ровным слоем пыли. Бедняга Митя даже не знал, куда ему положить драгоценного дядю Гришу, потому что считал, все здесь грязным. Лихо сдернула покрывало с одной из односпальных кроватей и жестом приказала лесному черту положить его туда. Правда, в одежде и кедах. А сама, несмотря на рану, стала шуршать на кухне. Чуть попозже к ней присоединился и Митя, которого хлебом не корми, дай поподчиняться женщине.

Я тоже занялся нужными вещами, а именно повесил все известные мне печати над домом: «Порог на крови», «Сизый морок» и «Хозяин дома». К слову, я не почувствовал, что стал сильнее, когда Высоковский вторгся в мои владения. Может, потому, что его довольно быстро убили? Что до маскировки — она тоже не будет лишней. К тому же, думаю, от печати кощея можно так просто отмахнуться.

Чуть позже я съездил в магазин, набрав круп и всяких консерв, вроде тушенки и сайры. А что делать, холодильника здесь не было. Имелся подпол, но его еще нужно обследовать. Вдруг там живут фурии? Шучу, конечно, я ставил на мышей. К примеру, Куся очень заинтересовалась подполом, долго и тщательно все обнюхивая. Она вообще единственная, кто отнесся к этому внезапному переезду с небывалым энтузиазмом.

Но суть в том, что придется как-то обустраивать местный быт. Даже если мы здесь всего на пару недель. Я-то ладно, но у меня тут небольшой отряд нечисти и молодой подрастающий организм, которому вообще-то отводилась роль спасителя человечества. Если чуры узнают, что у меня Куся недоедает, натравят еще органы грифоньей опеки.

Пока я отсутствовал, лесной черт как-то прочистил печь и даже ее затопил. Чуть тянуло дымом, но вместе с этим стало тепло.

Ели мы молча и скорбно, после чего отправились спать по немного отмытым комнатам, которые все являлись проходными. Мне досталась самая близкая к выходу, дальше шла обитель беса и черта, а в конце, за двумя занавесками вместо двери, ютилась лихо. Куся, набегавшись и собрав на перьях кучу чертополоха, присоединилась к моей домашней нечисти. Не потому что полюбила Гришу с Митей, просто они жили в комнате с подполом. Возле которого и улеглась грифониха.