Книга Второй кощей, страница 52 – Дмитрий Билик

— Вы не понимаете. Он не просто рубежник, а проклятый кощей, — не унимался Безумец. — Если бы я не был связан долгом перед крепостью, то выступил бы сам.

— Не переживай. Мы же не с пустыми руками.

В довершении своих слов я достал со Слова меч и Осколок, который некогда передал мне Анфалар.

То, что Алена здесь не пропадет, я понял довольно скоро. Буквально через часок после того, как мы с Анфаларом все решили.

Я даже не заметил, как и что произошло. Она просто несколько раз отлучалась из-за стола. И, само собой, этому никто не придавал особого внимания. Оказалось, что все это время приспешница Безумца (или теперь уже можно сказать сожительница) разговаривала с домовым.

Даже не представляю, что она такого ему сказала. Вот только довольно скоро Момой притащил здоровенный кувшин Рагены — или, если по-русски, «Мягкой воды». И, судя по лицу Анфалара, хозяин дома оказался этому немало удивлен.

Рагена напоминала джин, в смысле, чувствовались в ней нотки хинина. Хотя, сдавалось мне, что тому виной был всеми любимый (на самом деле нет) крестсеж. Зато из-за малой крепости пилась «мягкая вода» легонько. Наверное, отсюда и получила свое название.

А еще выяснилось, что если человек не употребляет алкоголь, то надо ему немного. Потому что совсем скоро тон Анфалара стал значительно громче, комплименты в адрес Алены звучали все чаще, а дружеские похлопывания по плечу все сильнее.

Что интересно, пустомеля, которая любила хорошо провести время в компании зеленого змия, вообще не торопилась налегать на содержимое кувшина. И я внезапно понял, что Алена просто проверяет Анфалара. Как он будет вести себя в измененном состоянии.

С одной стороны, это немножко опрометчиво, потому что все клятвы уже даны. С другой, возможно, приспешница именно сейчас решает, будет Анфалар изредка употреблять или станет самым первым трезвенником Фекоя.

А еще я заметил (очень давно), что люди подшофе могут сильно отличаться от своих трезвых исходников. Лео в этом плане даже слегка разочаровал. На него «мягкая вода» подействовала как седативное средство. Потому после пяти или шести кружек (пусть и неполных), Дракон сначала осоловело прислонился к стене. А когда я отвел его в комнату для гостей, засопел основательно.

Зато Анфалара потянуло на приключения. Точнее, он всеми силами желал вырваться из дома, навестить старых приятелей, поболтать с ними и все такое. Короче, Безумец оказался типичным «бегунком». Так мы с Костяном называли людей, которые, если в кровь попадала хоть капля алкоголя, могли весь вечер проводить на движняках. Им постоянно нужно было куда-то бежать, что-то делать. Это еще хорошо, что здесь сотовая связь не работала. Думаю, Анфалар тут же начал бы звонить бывшим.

Что интересно, Алена благосклонно махнула рукой, даже не собираясь к нам присоединяться. У пустомели определенно был какой-то план, и она намеревалась его придерживаться. Либо, напротив, по-прежнему присматривала за Анфаларом. По крайней мере, мне показалось, что возле одного из домов я увидел лохматое мелкое существо, которое поторопилось скрыться.

Может ли обычная девушка, едва знакомая с личным слугой хозяина, заставить того следить за боссом? Едва ли. Способна ли пустомеля договориться с домовым (который вроде как не особо должен и дом покидать), чтобы тот стучал на Анфалара? Ну, зная Алену Николаевну, вполне себе. Внутреннее чутье подсказывало мне, что Безумца ждут очень непростые времена. С другой стороны, чего ему бояться? Мой товарищ вел себя святее папы римского. Если бы глава католический церкви любил накидываться и ходить «в народ».