Книга Битва за Изнанку, страница 60 – Дмитрий Билик

— Так!

Я одним прыжком поднялся на ноги. Вот прям как в фильмах с Джеки Чаном. Когда герой лежит и вдруг уже стоит на ногах. Надо же, раньше вообще не думал, что так могу. Все-таки восьмой рубец дает небольшие преимущества.

— Не вздумай никогда меня так называть. Я не господин, понятно? Всего лишь Матвей.

— Ты спас меня! – Лихо была готова вновь разрыдаться. – Не представляешь, что я испытывала.

Я не стал говорить, что немного представляю. Потому что разделял эту боль с Юнией каждую ночь. А пару раз так и вообще днем.

Ляпнешь что-нибудь не то, подумает, что я обесцениваю ее страдания. Так же сейчас в психологии это воспринимается, да?

— Это не повод называть меня господином. Крепостное право у нас отменили еще… – я на мгновение замялся, вспоминая, когда это было. То ли в шестьдесят первом, то ли в восемьдесят первом… Короче, давно. Господ нет, только друзья. Так что?

Я протянул ей свою руку, которую Юния напряженно пожала.

— Это очень необычно, не быть связанной клятвой служения, – сказала она. – Даже нарушенной.

— Привыкай. Тебя еще ждет много удивительных открытий. Только давай для начала уйдем отсюда. Неровен час Стынь передумает и вернется.

— Хорошо, – сказала Юния и торопливо, припадая на одну ногу из-за огромного горба, стала взбираться на холм. – Только… что мы будем делать теперь?

— Поверь, – улыбнулся я. – На наш век забот хватит. Пока ты тут сидела в заточении, я успел с легкостью влезть в пару новых неприятностей.

— Ничего не меняется, – впервые за все время улыбнулась Лихо. И мне подумалось, что эта улыбка на некрасивом лице – самое приятное, что может быть.

— Ничего, – легко согласился я.

Я даже не стал прятать Лихо при подходе к Фекою. Во-первых, опасаться нам теперь действительно было нечего. Едва ли в крепости найдутся те, кто способен противостоять мне по силе. Во-вторых, Юния должна восприниматься теперь как мой верный спутник. Пусть привыкают.

Встретил меня лично Анфалар. Безумец, стал на целых два рубца слабее, являясь дополнительным напоминанием о последствиях моего вояжа. Впрочем, рубежник не выражал никакого недовольства. И не только потому, что данный факт его действительно не волновал. Как истинный воин, любые изменения, на которые он не мог повлиять, он воспринимал как данность. Вроде извергающегося вулкана. Ты же не будешь кричать на стекающую магму или пытаться с ней воевать?

— Сколько? – только и спросил я.

— Мы лишились тринадцати рубежников, – ответил Безумец.

— Невольно станешь суеверным, – со вздохом произнес я.

Лихо Анфалар окинул мимолетным взглядом, явно сразу оценив ее потенциальное могущество. Впрочем, не выказал никакого страха. Мне думалось, что он вообще не знает такой эмоции.

— В Фекой запрещен вход существам без дозволения правителя, – только и сказал он.

— Под мою ответственность, брат. Клянусь, что пока она здесь со мной, никому из жителей крепости не угрожает опасность.

Моего заверения и быстрого рукопожатия Анфалару оказалось достаточно, чтобы мы прошли внутрь.

Возле донжона уже собралась почти вся стража, в подавляющем большинстве состоявшая теперь из обычных людей. Сколько там шагов от любви до ненависти? Казалось, я преодолел это расстояние еще быстрее. Был здесь и Созидатель, который, судя по неодобрительным взглядам, тоже не снискал пока всеобщей любви. Оно и понятно, Гедденара явно воспринимали как моего невольного пособника. Он мало того что не лишился «пустого» хиста, так еще и обзавелся невероятно ценным промыслом.