Книга Битва за Изнанку, страница 46 – Дмитрий Билик

— Средоточие Ионта. То, что питает мир. Когда началась пятая, последняя война Богов, кто-то из кронов нашел проход к Оси. Признаться, не знаю, как это удалось. Сначала «поцелованные силой», так их называли остальные, уничтожили большую часть противников. А затем стали биться между собой. Вот только не учли…

Он замолчал, словно ему было неприятно об этом говорить. Я тоже не торопился врываться в беседу, чтобы ненароком не сбить Стыня с нужного настроя.

— Пока не поняли, что часть Оси, которую они разбили на Осколки, не только дает силы, но со временем и забирает их.

Я кивнул, вспомнив Форсварара. Правитель Фекоя был примерно тех же лет, что Анфалар. Только после многочисленного использования Осколков выглядел, как развалина. Да и, думаю, чувствовал себя так же.

Хотя услышанное многое ставило на свои места. Осколки – часть Оси. Я бы сказал, ее составляющие. Чуры собирают эти Осколки. Что-то мне подсказывает, что далеко не первый год. Вот, кстати, и ответ на вопрос: «Зачем птицам деньги?». То есть – для чего они берут плату за переход. Сами того не понимая, рубежники участвуют в схеме по монополизации Осколков. Но для чего это чурам?

Догадка родилась, но я не смог ее озвучить. Простой вопрос: «Можно ли собрав все Осколки, восстановить Ось?» так и не сорвался с губ. Видимо, он был как-то завязан на моем договоре с Анфаларом по поводу чуров. Кстати, а если что-то не дай бог случится с моим изнаночным другом, я, получается, стану свободен от клятвы? Только едва ли в таком случае чуры отстанут от меня.

— Без Оси мир стал приходить в упадок, – продолжал Стынь. – Ионт начал разрушаться, все меньше подходить для жизни, включая тех, кто были облагодетельствованы силой. Кто-то понял это раньше, сумев сбежать через множество открытых проходов, кто-то позже. Были и те, кто не смог принять меняющуюся реальность.

— Они остались там?

— Остались, – кивнул Стынь.

— И умерли? – продолжил допытываться я.

— Есть кое-что страшнее смерти, – горько усмехнулся крон. – Скажи лучше, что ты сделал такого, за что чуры тебе припугнули моим миром?

— К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Даже если бы очень хотел.

— Пусть так, – легко согласился Стынь. Видимо, сразу понял, что дело здесь завязано на промысле. – Зачем же ты явился? Явно не для того, чтобы поговорить об Ионте?

— Я все сделал, – не стал я тянуть кота за причинное место.

— Да? – искренне удивился Стынь. – Значит, ты справился с Хтонью?

— Можно и так сказать, – уклончиво ответил я.

Еще немного времени у нас ушло на разговор, «ху из мистер Шушука». Отчего-то крона интересовали даже подобные мелочи. А после мы плавно перешли к тому, ради чего я явился.

— Хорошо, – заключил Стынь. – Завтра утром выдвигаемся.

— Почему не сегодня?

— На кону наша собственная жизнь. В такие моменты спешка – самый худший друг. К тому же, мне необходимо подготовиться.

В моем сознании предстал Стынь, который в мрачную погоду взбирается по ступеням, ведущим в художественный музей Филадельфии, и наверху проводит бой с тенью. В любом случае, я был не в том положении, чтобы спорить. Это он локомотив в нашем путешествии, тогда как я лишь один из вагончиков, в котором едет оружие.

Старый молчаливый бес отвел меня в дальнюю комнату и притащил кучу одеял. Нет, я понимаю, что на излете лета в наших местах бывало довольно прохладно, но не до такой же степени, чтобы понадобилось четыре ватных одеяла. Однако спорить не стал.