Книга Путешественник по Изнанке, страница 92 – Дмитрий Билик

К тому же, нити, ведущие от них к крону, были уже более прочными. Видимо, он держал на привязи этих созданий давно. И явно не просто так.

— Сколько их, Матвей? — спросил ведун.

Я даже не успел понять, когда у меня возникла репутация опытного тварелова. Но Анфалар сейчас был совершенно прав. В этой теме я шарил.

— Трое. Сильные твари.

Это я уже брякнул так, на всякий случай. Потому что внутреннее чутье подсказывало, что слабых здесь не будет.

— Выбора у нас все равно нет, — философски заметил Анфалар. — Мы не можем бросить стражников.

Ну да, даже учитывая, что один из троих теперь стал рубежником, он все равно не умел «скользить». Если отступим сейчас, вся троица умрет.

Забавно, что в моем мире подобный выбор вовсе бы не стоял. Каждый сам за себя и все такое. И у меня на мгновение возникла мысль, что здоровый эгоизм — это не всегда так уж плохо. Например, когда речь идет о собственном спасении.

Анфалар понятно, приятный почти во всех отношениях мужик, если не брать во внимание «безумие», а вот этих дядек я вообще первый раз в жизни вижу. И как бы не получилось так, что они станут и последними людьми, которые будут сопровождать Зорина Матвея в конце его пути. Я не Хью Хефнер, и толпу высоких блондинок с силиконовый грудью возле гроба не представлял. Но и последние минуты виделись чуть по-другому.

Но что делать? Дал клятву — теперь выполняй. Я ведь не могу допустить, чтобы Анфалар погиб. А тот, в свою очередь, не отпустит на вольные хлеба эту троицу. Значит, сражаться действительно придется.

— Надо найти место, где нам будет удобно обороняться, — сказал я.

Анфалар кивнул, цепко щупая взглядом скалы поблизости. И наконец указал на крохотную относительно ровную площадку на возвышенности. Там могло поместиться и свободно двигаться, человека три. С другой стороны, какие из людей бойцы? Лишь возможная пища для монстров.

— Там вам будет удобно.

Меня немного царапнуло это «вам». Будто Анафалар не собирался с нами оставаться.

Хорошо, что стражники поняли все без лишних слов. Опытные дядьки, которые, к тому же, несмотря на долг, самоотверженность и прочую фигню, очень хотели жить. Вот только и здесь нам «повезло».

Не успели мы преодолеть и половину пути по острым камням, взбираясь на площадку, как Раннагар, тот самый нетерпеливый тип, вдруг рухнул и забился в конвульсиях. Вот только приступа эпилепсии нам сейчас не хватало.

Новоиспеченный рубежник и вовсе бы покатился вниз, на ходу собирая переломы и направления к местным врачам, начиная с травматолога, если бы не крепкая рука Анфалара. Он легко подхватил припадочного и без лишних слов взвалил на плечо. И остальные тут же продолжили путь, словно ничего не произошло.

А между тем Раннагара все колбасило. С той лишь разницей, что тот не пытался откусить себе язык, да и пена изо рта не пошла. Но с рубежником явно происходило нечто нехорошее.

Под его кожей возникло что-то, ассоциирующиеся у меня с бурунами на горной речке. Они перемещались, утихали, возникали снова в самых неожиданных местах. Вообще, выглядело все как иллюстрация к фильму «Чужой».

— Что с ним? — не выдержал я.

— Скугга не приняла нового сына. Он вел себя недостойно. Всеми силами желал завладеть хистом, проявил нетерпение и неуважение. Скугга это не одобряет.