Книга Княжий человек, страница 23 – Дмитрий Билик

— Не ори, — отрезал я.

А сам провел легкую диагностику организма. Нет, до полного бодряка было далеко, но стало однозначно чуть получше.

— Выпили вы, конечно, знатно! — то ли с восторгом, то ли с завистью протянул Григорий. — Еще пару месяцев в Подворье говорить о том будут. Самый крепкий чужанин бы давно помер, а ты ничего, живой.

Ага, значит, промысел и от интоксикации немного спасает. Хотя, чего я удивляюсь? Раны же хист затягивает, почему и отравление организма должен игнорировать. Интересовало меня другое.

— Гриша, ты же рядом был. Не знаешь, случайно, за чей счет банкет был?

— А ты как думаешь? — ехидно посмотрел он на меня. — Тот с чубом все записывал, да на тебя поглядывал.

— Гадство, — протянул я. — А рублями они берут, как думаешь?

— Только серебром. Подворье же.

День переставал быть томным. С другой стороны, кто тут виноват — я сам. Проставился, блин. Как бы не дошло до того, что придется и правда ратником стать. Эх, надо было воеводе сразу пять монет серебром отдать. Понятно, что у меня еще шесть дней.

Я взял телефон — несколько сообщений от Зои, где она спрашивала, в силе ли наш поход. Видимо, до последнего ждала, но я опять пропал. Сразу отписался, что все нормально, буду в любом состоянии. Интересно, что про состояние — это я не обманул.

А еще было короткое сообщение с незнакомого номера: «Нашла клиента. Светлана».

Ого, уже интереснее. Сегодня я все равно вряд ли готов заниматься какими-то делами. Поэтому ответил, что встретимся завтра. Ладно, пора и правда приводить себя в порядок.

В душе я завис минут на пятнадцать. При этом бес крутился рядом и говорил, чтобы я холодной водой не умывался и вообще поберег себя.

И что самое интересное, у меня в мыслях не было прогнать Гришу. Я даже не ожидал от него такого участия относительно моего здоровья. Или дело в том, что я мучался жесточайшим похмельем? Так и знал, что сблизить нас с бесом может только «синька».

Однако Григорий решил окончательно добить меня своей заботой. Потому что как только я вышел из душа, он пригласил к столу. Где уже наливал в тарелку собственноручно приготовленный рассольник. Рассольник, мать его! По мне, так это вершина кулинарного мастерства. После него любую женщину должны брать замуж без дополнительных собеседований.

А когда поднес первую ложку ко рту, то понял — врал бес по поводу готовки. Ох как врал. Все он умеет.

— И мне, дядя Гриша, — заискивающе сидел с пустой тарелкой Митя.

— Не безрукий, сам себе нальешь — не развалишься.

Видимо, похмельная забота беса распространялась только на меня. Бес даже пытался помочь мне одеться, но тут получил решительный отлуп. Я же не настолько инвалид. Хотя вид был так себе.

Если мягко сказать — как у человека, который попал под грузовик. Если жестко… Не спасали даже шмотки, подаренные Ингой.

— Вот, — подал мне бес черные очки а-ля шериф в Аризоне.

— Где взял?

— Где взял, там уже нет. Потом обратно отнесу. А тебе сейчас лучше в них.

И не сказать, чтобы он совсем был не прав. Я вызвал такси, взял денег и даже собрался попрощаться с домочадцами. Но Григорий и тут оказался непреклонен.

— Я с тобой. Тут и спорить нечего. На себя погляди, вдруг что случится?

На себя я только что смотрел. Больше не хотелось. Поэтому я без слов взял портсигар, в который быстро прошмыгнул бес и сунул в куртку.