Книга Комбо-Психо. Книга 2, страница 68 – Юрий Розин

Но Бафомет, педант, перфекционист и приверженец идеи абсолютного знания считал такие “рандомные” заклинания ущербными и никогда их не использовал. И Лавей, старавшийся во всём походить на своего кумира, тоже ни за что не стал бы прибегать к использованию элементов случайности при создании своей гробницы.

А это могло значить одно из двух. Первое: гробница была фальшивой, но в это мне после множества описаний арки от очевидцев верилось всё меньше. И второе: в появлениях арки была определённая последовательность, которую пока что просто никто не смог выявить.

Отталкиваясь от этой идеи мне в голову пришла только одна мысль о том, что можно сделать, чтобы отыскать вход в гробницу. И в следующие три дня после прибытия в поселение Пятиугольника мы с ребятами, разделившись на две группы, рыскали по этому и соседним лагерям, разыскивая тех, кому повезло наткнуться на арку и прося отметить её положение на карте.

Кому-то приходилось заплатить, кому-то пригрозить, кому-то хватало просто обещания обязательно найти гробницу. Но в итоге на столе в моей комнате лежала карта с более чем семьюдесятью булавочными отметками, на которых флажками были помечены даты появления арки. Разумеется, многие из них были очень неточными, точно определить своё положение в травяном лесу было крайне затруднительно.

И с первого взгляда по этой карте понять можно было лишь одно: арка появлялась лишь в определённой области, ограниченной где-то стапятидесятикилометровым кругом. За пределами этого круга арку не видели ни разу.

Однако, просидев над этой картой несколько часов и уже начав видеть галлюцинации с участием булавок и флагов, я, отступив на несколько шагов назад и глянув на расположение отметок сквозь сильно сощуренные веки, похоже, заметил ту самую последовательность.

Подскочив к карте, я принялся пододвигать булавки. Несильно, чтобы смещение оставалось примерно в рамках погрешности определения местоположения. Но, тем не менее, довольно скоро очень условный и пока что далёкий от завершения, но совершенно конкретный рисунок стал вырисовываться.

Сигил Бафомета — перевёрнутая пятиконечная звезда, вписанная в два круга. Рисунок был сильно искажённым и неполным. То ли из-за того, что некоторые появления арки не успевали засечь, то ли из-за того, что мы нашли далеко не всех свидетелей, то ли потому, что арка рисовала Сигил неравномерно, какие-то лучи выводя довольно чётко, а какие-то — лишь несколькими точками.

Но он определённо угадывался, а главное: подобный выбор паттерна движения арки Лавеем был совершенно логичным. Что ещё мог изобразить самый преданный фанат на полотне центральных равнин, как не символ своего кумира?

Проблема была в том, что о Сигиле в современности очень мало кто знал. Символ пентаграммы сам по себе был довольно распространён, но прямой связи между ним, Лавеем и Бафометом в человеческом сознании не было. Так что не было удивительно, что до сих пор никто так и не смог решить загадку Лавея, несмотря на то что мы наверняка были не первыми, кто додумался попытаться взглянуть на проблему с такого ракурса.

Однако, чем больше проходило времени и чем больше люди натыкались на арку, тем полнее становилась бы карта и тем легче было угадать рисунок. В конце концов даже те, кто и слыхом не слыхивал о Сигиле, наверняка смогут понять, что это — просто перевёрнутая звезда в круге. А значит нам не стоило особо мешкать с захватом гробницы.