Книга Кехо, страница 71 – Дмитрий Билик

Юти поймала себя на странной мысли. Как и любой Одарённый, она готова была отбросить все обиды, когда речь шла о битве между жизнью и смертью. А осквернённые являлись олицетворением всего того, против чего боролся каждый житель Империи — всеобъемлющего хаоса и попытки уничтожить всё, до чего только могла дотянуться рука. И вместе с тем она не желала победы Воронам. Потому что понимала, когда те разберутся с серокожими, то примутся за неё. Поэтому всё, что оставалось девочке — настороженно наблюдать за битвой.

Ярким лучом среди серых, будто бы уже безжизненных, но всё ещё вяло трепыхающихся людей, выделялся Ворон с длинным пером над бровью. Занимая силы у стихии, единственный элементи среди всех гвардейцев, щедро осыпал нападавших острыми кусками льда, тут же опаляя осквернённых жарким пламенем, от которого съеживались и темнели листья деревьев.

Красноокие и серокожие люди пятились, сбивались в группы, умирали, но вместе с тем не бежали. Точно надеялись на какое-то чудо. А меж тем главный Ворон, полностью убедившись в необратимости победы, крикнул что-то своим приспешникам, указав на Юти, а сам продолжил пробиваться сквозь ряды серокожих, как новенький бриг под потоками ветра, рассекающий просторы моря.

Юти же смотрела на трёх Воронов, бросивших добивать осквернённых. Они вновь обступали странную парочку, застывшую камнем возле берега и их ухмыляющиеся лица свидетельствовали о вполне ясных намерениях.

— Ма-Ра! — остервенело прорычал один из них, и все трое с поражающей быстротой бросились вперёд.

Юти вздрогнула. Не от несущихся на неё трёх закованных в броню гвардейцев. А от того, кому они обращались, призывая на помощь. «Мара» — наверное самое старое слово из всех, включая мёртвый язык Аншары, нашло себе применение спустя много веков, пережив и саму святую воительницу. Таким было имя одной из старых богинь, ведающих секретами смерти. Юти не видела сражений больших армий и не знала, что для солдат, обращающихся к корням язычества, это слово давно не имеет никакого значения. Подобным образом они лишь ободряли себя. Однако исключительное воспитание девочки, на котором настаивала мать, сыграло свою роль. Юти решила, что Вороны готовы принести себя в жертву, лишь бы убить её. И, наверное, именно это осознание придало сил девочке.

Краем глаза она видела, как вспыхнули Обручи на руках безоружного Ерикана. Но основное внимание Юти оказалось приковано к ближайшему Ворону. Он вырвался вперёд, загородив девочку от остальных гвардейцев, и представляя собой самую явную угрозу.

Юти тихонько топнула, одновременно пригнувшись и выставив копьё. Едва заметное движение ногой, вкупе с загоревшимся Кольцом элементи, сыграло свою весомую роль. Земля ненадолго ушла из-под сапог Ворона. Атакующий на мгновение потерял равновесие, полетев вперёд на приготовленное копьё, однако в последний момент сумел выкрутиться, скользнув по древку мечом.

Девочка развернулась, не сводя глаз с гвардейца и одновременно используя технику «Двух раненых волков». Так её называли в Пределах, когда луками доставали хищников, а потом нагоняли их среди скал. В таких случаях волки щерились, вставали спина к спине, и очень дорого продавали свою жизнь. Порою ценой глубоких ран или уродливых шрамов.